|
В Кер’алфар он чувствовал себя не на своем месте, это правда; но во многих отношениях он чувствовал себя не на своем месте и здесь, среди людей, внешне так похожих на него, но воспринимающих мир совершенно иначе.
И все же улыбался он совершенно искренне. Позади был удачный день, хотя он сожалел о том, что медведя пришлось убить. Но утешала мысль, что он выполнил свой долг, действовал в полном соответствии с клятвой оберегать этот новый Дундалис и два соседних поселка, не допустить, чтобы их постигла судьба его собственной деревни.
Он просидел в «Унылой Шейле» еще около часа, но за все это время никто, кроме Белстера, даже не посмотрел в его сторону.
ГЛАВА 24
БЕЗУМНЫЙ МОНАХ
— Тинзон, — сказал Миклос Бамайн Джилл, несшей караульную службу на стене Пирет Талме.
Девушка с любопытством посмотрела на своего невысокого, плотного начальника. Тинзон — так называлась маленькая деревушка неподалеку от крепости. Там было десятка два домов и таверна — место, где толклись всякие мошенники и шлюхи, к чьим услугам нередко прибегали солдаты Пирет Талме.
— «Услада путника», — добавил Бамайн в свойственной ему отрывистой манере.
— Очередная драка? — спросила Джилл.
— Или кое-что похуже. Возьми десять человек и отправляйся, — бросил он уже на ходу.
Джилл посмотрела ему вслед. Ей не нравился Миклос Бамайн, совсем не нравился. Всего три месяца назад он сменил на посту начальника гарнизона Константина Прессо, переведенного в крепость Пирет Данкард. Поначалу Джилл показалось, что новый командир больше в ее стиле, — он повел себя как ярый сторонник соблюдения всех формальностей службы. Но на поверку Бамайн оказался глупым и жадным неумехой; и к тому же воспринял как личное оскорбление, что Джилл отвергла его приставания. Спустя всего неделю после его появления жизнь в крепости свернула в прежнюю разгульную колею. Джилл удивилась, осознав, как сильно ей недостает Константина Прессо, порядочного человека — по меркам Пирет Талме по крайней мере. Она прослужила под его начальством чуть больше года, и он всегда вел себя с ней как джентльмен, всегда считался с ее нежеланием принимать участие в бесконечных пирушках. Теперь, когда Прессо ушел, а его место занял пустоголовый Миклос Бамайн, девушка опасалась, что давление на нее будет возрастать.
Выкинув из головы эти мрачные мысли, она сосредоточилась на том, что ей было поручено. Наказание за отказ лечь с ним в постель у Бамайна было одно — работа; к счастью, этот идиот не понимал, что это для нее не наказание, а награда! Судя по всему, произошла еще одна драка, четвертая на протяжении меньше чем двух недель, в «Усладе путника» — так многообещающе называлась таверна в Тинзоне. К чему относятся слова Бамайна «или кое-что похуже», Джилл понятия не имела, но почему-то думала, что это вряд ли нечто особенное. Ну ладно, по крайней мере, хоть какое-то «развлечение» по сравнению с бесконечным хождением по стене.
Она отобрала десять человек из числа тех, кто меньше других страдал от похмелья, и повела их по разбитой дороге. Они прибыли в грязную деревушку уже во второй половине дня. На единственной площади было пусто и тихо. Здесь всегда днем было пусто и тихо: Джилл ни разу не видела в деревне ни одного ребенка, взрослые же обитатели Тинзона предпочитали в это время отсыпаться, а ночью веселиться и пьянствовать.
Внезапно внимание Джилл привлек донесшийся со стороны таверны крик.
— Нужно быть начеку! — голос был такой звучный, что даже с далекого расстояния и сквозь стены таверны она слышала каждое слово. — Мы сами помогаем силам зла! Ох, какая глупость — спокойно спать, когда надвигается тьма!
Солдаты во главе с Джилл вошли в таверну. |