Мир оказался много шире, чем он себе представлял. И пока — никаких намеков на то, где искать Эвелина.

Первые признаки магии обнаружились спустя несколько дней на дороге, где он столкнулся с торговым караваном. У одного из купцов был камень; он признался в этом, когда Карающий Брат припер его к стене, застав одного в крытом экипаже. Это оказался просто обломок алмаза, с помощью которого во время долгого путешествия можно зажечь свечу или фитиль масляной лампы.

Монах продолжил свой путь, держа общее направление на север. По его соображениям, имело смысл начать с Урсала, самого большого города Хонсе-Бира. Тут, однако, его наверняка будут подстерегать ловушки. В Урсале живет немало людей, владеющих камнями; аббатство потихоньку распродавало свои излишки. Гранат укажет ему сотни путей, и все они, скорее всего, окажутся тупиками. В то же время расстояние, на котором срабатывало Око Дракона, было не слишком велико, всего несколько сот футов. В замкнутом пространстве города было больше шансов, что гранат приведет его к цели, чем на безбрежных, но пустынных просторах центрального и северного Хонсе-Бира.

Он, однако, не проскакал и трети расстояния до Урсала, когда свернул в сторону, внезапно обнаружив «горячий» след.

Это произошло по чистой случайности в деревушке столь крошечной, что у нее даже не было названия. Выяснилось, что несколько недель назад здесь проходил какой-то «безумный монах» и что шел он в Дасберри. Именно реакция местных жителей на коричневую рясу Карающего Брата навела его на мысль, что он не первый монах церкви Абеля, которого они видели, причем совсем недавно. Куда бы он ни входил, люди, казалось, поначалу смотрели на него со страхом, а потом, точно поняв, что он не такой, каким они ожидали и боялись его увидеть, облегченно вздыхали.

Во время расспросов они с готовностью рассказывали о «безумном монахе», который пророчил в таверне надвигающуюся беду, а потом учинил там дикую потасовку. Один человек показал Карающему Брату сломанную руку, все еще не сросшуюся.

— Плохо, что ваша церковь позволяет этому монаху расхаживать повсюду и калечить людей, — заявил он.

— После той свалки многие люди перестали посещать церковь в Санта-Гвендолин, — добавил хозяин таверны.

— Этот монах был из Санта-Гвендолин? — спросил Карающий Брат.

Он слышал об этом аббатстве — уединенной крепости, угнездившейся высоко на горном утесе, до которой отсюда было примерно два дня пути верхом.

Человек со сломанной рукой неопределенно пожал плечами.

— У него была такая же ряса, что у тебя, — сказал хозяин таверны.

Карающему Брату отчаянно хотелось расспросить их, были ли у «безумного монаха» с собой магические камни или хотя бы не возникало ли у них ощущения, что он владеет магией. Однако вряд ли его собеседники умолчали бы, если им было бы известно что-нибудь в этом роде. К тому же он не хотел привлекать к себе внимания излишним любопытством, опасаясь, что найти Эвелина станет труднее, если тот узнает о преследовании.

Поэтому он просто попросил рассказать, как выглядел «безумный монах», и хотя полученное описание не совсем соответствовало облику Эвелина Десбриса, оно возбудило любопытство Карающего Брата. Так, совершенно неожиданно, ему стало известно описание этого подозрительного человека, прозвище — «безумный монах» — и направление, в котором тот двигался. Обитатели безымянной деревушки все как один утверждали, что монах и его спутница, красивая молодая женщина лет двадцати, ушли по западной дороге.

Этот след, с каждым днем становясь все «горячее», повел Карающего Брата от города к городу. По дороге появлялись все новые доказательства того, что, скорее всего, он на верном пути.