Ну, по крайней мере, он пообещал Элбрайну, что убьет карлика быстро.

Этим пришлось и удовлетвориться. Таскать за собой пленника у беженцев не было ни сил, ни желания; в особенности такого упрямого и злобного, как поври.

— Мы поработали на славу, — Эвелин вручил Элбрайну миску и кивнул в сторону стоящего в стороне котелка.

У Элбрайна, однако, этой ночью аппетита не было. Эвелин пожал плечами и вернулся к еде.

— Ты поработал на славу, — поправил его Элбрайн. — Не знаю даже, как бы мы справились без твоих камней. Ты спас немало жизней, в том числе и мою.

— И мою, — Пони погладила монаха по спине.

Эвелин перевел взгляд с нее на Элбрайна и даже о еде позабыл. До сих пор ему и в голову не приходило задуматься, какую роль во всем происшедшем сыграли он сам и его магические камни.

— Долгие годы я сомневался, в самом ли деле Бог избрал меня для того, чтобы владеть камнями, — заговорил он в конце концов. — Все время меня терзали сомнения и страх, действительно ли я выполняю волю Божью или просто неверно истолковываю ее.

— Сегодняшний день показал, что ты все понимаешь правильно, — успокоил его Элбрайн.

Эвелин кивнул в знак согласия.

Спустя некоторое время он, взглянув на Пони и Элбрайна, извинился и отошел. В лагере было много раненых, нуждающихся в помощи его гематита.

— Я не смог спасти Сорный Луг, — сказал Элбрайн, когда они с Пони остались одни.

Пони бросила взгляд на всех этих мужчин, женщин и детей, которые, безусловно, были бы мертвы, если бы не Элбрайн со своими друзьями.

— И все же я доволен, — продолжал Элбрайн. — Спасти деревню было невозможно, однако сегодня все было иначе, чем тогда, в Дундалисе.

— Тогда у нас не было Защитника, — с улыбкой ответила Пони.

Они придвинулись друг к другу и молча сидели у костра, вспоминая давнишнюю трагедию и радуясь тому, что сегодня все было иначе.

ГЛАВА 40

ПОЛУНОЧНИК СОБИРАЕТ ОТРЯД

— Они не сожгли деревню, — заметил Элбрайн, вместе с Пони, кентавром и Эвелином глядя на Дундалис.

— Интересно почему? — спросил Смотритель. — Ведь когда они вошли туда, деревня уже опустела.

Так оно и было. Свидетельства уцелевших жителей Сорного Луга и На-Краю-Земли помогли быстро уговорить жителей Дундалиса покинуть деревню. Все они ушли в лагерь, организованный Элбрайном и его друзьями глубоко в лесу, вдалеке от дорог.

— И другие деревни они тоже не стали жечь, — заметила Пони.

— Наверно, хотят использовать их как базовые склады, — высказал мрачное предположение кентавр.

— А это означает, что они собираются и дальше на юг, — голос Эвелина дрогнул. — Интересно как далеко?

— Еще несколько деревень к югу отсюда, — сказал кентавр, — и путь к большой реке открыт.

— Палмарис… — растерянно пробормотал Эвелин.

Повисло тяжелое, мрачное молчание.

— Не в наших силах остановить такую армию, — сказал в конце концов Элбрайн. — Но есть то, что мы можем и обязаны сделать: любыми способами вредить этим тварям, послать сообщение в остальные деревни и Палмарис и позаботиться о тех, кто прибегнул к нашей защите.

— Всего с нами человек сто шестьдесят, — заметил кентавр, — но это еще не точно. Хуже всего то, что не больше трети из них способны вступить в схватку хотя бы с одним-единственным гоблином.

— Ну, что есть, то есть, — ответил Элбрайн.