Ушам не поверила. Стояла и таращилась, удивленно хлопая глазами. Неужели, поводок снова отпустили? Вот так, без видимых причин? Не верю.

— Мне… одной идти? — все же рискнула спросить.

— Предпочитаешь, чтобы я водил тебя за руку? — светлые брови лукаво изогнулись.

— Нет! — поспешно выпалила я.

На демона уже не смотрела. Вдруг передумает? Все же странные они, то ходят по пятам, то отпускают, то защищают, то подставляют. Разве поймет их простая наивная и абсолютно бесхитростная девушка, особенно если ей почти ни о чем важном не говорят. Ну и пусть! Если магистры молчат, значит, придется обо всем узнавать самой. Это когда не знаешь, что искать, найти сложно. А я теперь о многом догадывалась.

В коридоре перед столовой ждал неожиданный сюрприз. Итон Клери оттолкнулся от стены, которую подпирал со скучающим видом, и лениво двинулся в мою сторону. Все-таки красивый он, когда молчит. Не зря же я на него таращилась целых три года.

— Лер… — и мурлыкал не хуже демона. Горячо так, с придыханием.

— Чего тебе? — не особо вежливо осведомилась я.

— Хотел извиниться за свое поведение. Поступок, который не красит меня ни как мужчину, ни как аристократа.

Надо же! Удивил. Даже не так — выбил из под ног почву. Не ожидала.

— Малх простит, он милостив, — кивнула я, давая понять, что извинения приняты, а кушать уже хочется сильно. — У тебя что-то еще?

Клери вздохнул, весь подобрался и произнес:

— Если ты еще не передумала на мой счет, то я бы хотел попросить своего отца переговорить с сэром Гаем о нашей помолвке.

И тут красноречие совсем мне отказало…

Что за игру ведет Итон? Да, отец допускал мысль о слиянии двух семей. Но по родовитости и положению в обществе Снарки никогда не дотягивали до сиятельных Клери, что не мешало родителям поддерживать дружеские, едва ли не братские, отношения. Гай никогда бы не принудил меня к браку. А в свете тех обстоятельств, что раскрылись недавно, он просто не имел на это права. И все же… Все же, почему он сговорился с Клери за моей спиной?

Я взглянула на Итона. Холеный, красивый, породистый. Желанный для любой дурочки, конечно. Более того, я сама до недавнего времени была такой мечтательницей и глупышкой, для которой одна улыбка смазливого однокурсника освещала весь день.

Да, так и было. А теперь он стоит и ждет моего ответа. Для чего я ему понадобилась? Не смог убить элементаля и решил присвоить? Все может быть, но что-то здесь явно не сходилось.

— Ну же, Лер, не молчи! Ответь мне… — И вновь знакомая дежурная улыбка, от которой у меня раньше колени подгибались, уверенность в своей неотразимости, и что-то еще… Что-то знакомое, но очень нетипичное для первого красавца академии.

Итон шагнул ко мне. Близко. А я все увидела: и подрагивающие руки, и испарину, выступившую над верхней губой, и едва заметные пятна нервного румянца на безупречной коже смуглых скул. Другой бы не заметил, но не я. Слишком часто смотрела на прекрасное лицо, подмечая любую мелочь. То, что сначала приняла за страх, оказалось обычным волнением. И, Малх не даст соврать, знала, откуда ветер дует.

В следующую секунду я поняла сразу несколько таких простых и очевидных для меня фактов. Гай слишком хорошо изучил свою дочь. Он практически видел меня насквозь, не являясь магом. И то, что я тщательно скрывала от него три года, для отца давно не являлось секретом. А вот для меня остались загадкой те струны, за которые он потянул, заставив род Клери рассматривать меня, как достойную невесту для их единственного отпрыска. И струны эти были очень прочными, иначе Итон бы так не нервничал.

— Лер…

Прозвучало очень соблазнительно.