— Не совсем этого. Заговорщики слишком сильны. Они могут не ограничиться легкой трепкой окраин Хаоса…

Семья потребовала детального рассказа. Отчет Фауста о прогулке в Беохок выслушали в мрачном молчании. Лишь Вервольф задал несколько вопросов, уточняя технические данные боевых машин противника и другие нюансы военной обстановки. Когда же Фауст сообщил про состав, способный взрываться в окрестностях Хаоса, родственники заволновались по-настоящему.

— Ты прав, с таким оружием они могут добиться слишком больших успехов, — озабоченно резюмировал отец. — Этого нельзя допустить.

— Перемудрили, мальчики, — поддержала мужа Геката. — Будет очень обидно, если какие-нибудь посторонние силы воспользуются нашим успехом по части уничтожения Логруса.

Вервольф сокрушенно буркнул:

— Кто бы мог подумать, что найдутся проходимцы, которые вздумают играть на нашем поле.

— Надо было предвидеть, — жестко бросил Мефисто. — Мы обязаны были предусмотреть такой вариант. Всегда есть множество дармоедов, которым хочется поживиться за чужой счет.

Толкнув локтем младшего брата, Фауст осведомился, как он оценивает перспективы оси Беохок — Ганеш. Оборотень ответил, что порох, а тем более атомные фугасы делают армию мятежников почти непобедимой. Передовые крепости Амбера и Хаоса будут сокрушены, традиционное же холодное и магическое оружие окажется, скорее всего, не слишком эффективным средством отпора. Особенно если на стороне Беохока действительно выступит Ганеш. Впрочем, Вервольф оговорился, что должен как следует обдумать сложившуюся проблему.

— Только я не понял, чего они могут добиваться, — добавил он.

— Выбор невелик. — Кул пожал плечами, при этом драконы, вышитые на его эполетах, злобно оскалились. — В Беохоке собрались обделенные принцы Амбера, а это означает, что они захотят прогнать нынешних хозяев Лабиринта, чтобы самим стать повелителями Страны Порядка.

Фауст меланхолично произнес, дополняя мысль отца:

— Соответственно и демоны наверняка настроены взять власть в Хаосе. А вообще-то вопрос вовсе не в том, чего хотят они. Вопрос в том, что должны делать мы.

Остальные члены семейного совета дружно закивали, присоединяясь к его мнению. Только Вервольф, недоуменно вскинув голову, переспросил:

— Как вас понимать — мы меняем стратегию? Будем помогать Амберу?

— Это называется политикой, сынок, — пояснил Кул. — Только мы будем помогать не только Амберу, но и Хаосу тоже. Нам не нужны слишком сильные потрясения, нам нужна сильная Нирвана. На том и будем строить новую стратегию.

Поморщившись, Меф предложил выражаться точнее:

— Кому конкретно будет помогать Нирвана — Хаосу или Мерлину?

Неожиданно младший герцог, заулыбавшись, произнес:

— Однажды президент Трумэн озвучил забавную мыслишку… Помните?

— Помним, — Фауст тоже ухмыльнулся. — Пусть они убивают друг друга как можно больше.

— Вот именно.

— В этом что-то есть, — согласился Кул. — Предлагаешь на первых порах помочь мятежникам Беохока и Ганеша?

— Ни в коем случае! — Вервольф замахал руками. — Лунные Всадники и без нашей подмоги натворят делишек. Нам достаточно некоторое время оставаться вне схватки. А в решающий момент двинем армию и продиктуем остальным принципы послевоенного устройства.

— Опять воевать самим, — недовольно проворчал Меф. — Однажды мы помогли Корвину укрепиться в Авалоне, но тем временем Далт и Джулия укрепились в замке. Выиграв в одном, мы проиграли в другом.