— Предполагаешь или проверял? — уточнил дотошный Мефисто.

— Это доказано.

Меф поднял руку, показывая, что вопрос исчерпан. Теперь братья обменивались короткими фразами, то и дело используя слова и обороты, понятные лишь им троим. Маргрет было непросто удержать нить беседы. Она только-только начинала догадываться, о чем идет речь, а нирванцы уже говорили о другом.

— Пора еще раз оскалить клыки, как в тот раз у водопада, — рубанув ладонью воздух, провозгласил Вервольф. — В этом мире уважают только сильных и решительных.

— Возле Беохока мы можем стрелять, — вроде бы невпопад ответил Фауст. — И я позаимствовал у Фернандо немного ганешского пороха. Рано или поздно мы с Гретхен его синтезируем.

— Ты там щелкал? — спросил Мефисто.

— Естественно. Если надо будет, еще раз заглянем в гости.

И этот вопрос был решен, беседа с быстротою пламени перекинулась на следующую тему. Надо было продумать, как поиграть мускулами, пока не готов порох для окрестностей Хаоса, а паровые пушки недостаточно эффективны. Решили, что можно взорвать атомную бомбу перед открытой Картой с видом на Хаос или Ганеш.

— Тот, кто держит Козырь, погибнет, — ужаснулась Гретхен.

— Тебе его жалко? — Фауст был неприятно удивлен ее реакцией. — Ну, пусть это будет пленный демон.

— Разве что…

Покончив с очередным пунктом повестки, братья повеселели и пожелали выпить кофе с пряниками. Гретхен сделала шаг в сторону кухни, но Меф покачал головой, показывая, что в ее хлопотах нет надобности. Оправленная в кулон Чешуйка Скорпиона запустила сноп силовых жгутов в соседние Отражения, доставив на стол кулек кондитерских шедевров, полный кофейник и шесть чашек с блюдцами.

— Разливай коньяк, — сказал старший брат младшему. — Сейчас предки подтянутся.

Действительно, дверь открылась, впустив родителей. С удовольствием опорожнив рюмку и чашку, Кул поведал, что у Гекаты появилась новая идея. Королева ведьм предлагала нарисовать большой и очень сложный Козырь — лица, события, пейзажи, интерьеры — по принципу картин Глазунова. Теоретически такая Карта была способна охватить все мыслимые объекты.

— Должно получиться нечто вроде Кольца Всевластья, которое возьмет под контроль остальные Центры Мощи, — сказал отец.

— Бабушка рассказывала, что когда-то был такой Узор, нарисованный чуть ли не самим Скорпионом, — добавила Геката.

Кул, подняв бровь, переспросил:

— То есть это был самый первый Центр Мощи?

— Именно так. Основа всей современной вселенной.

— Значит, надо не рисовать заново, а найти место, где сохранились остатки того Узора, — сделал вывод Верви.

Практичный Мефисто немедленно увидел выгоду, о которой не подумали остальные:

— Тот, кто восстановит Первичный Узор, станет вечным фаворитом Прародителя.

Общую эйфорию остудил Фауст, меланхолично напомнив:

— Осталось узнать, где находится Узор и на что он похож.

Верви добавил:

— А потом нужно будет найти и освободить Скорпиона. И Птицу тоже.

— Плевое дело, — загорелся глава семьи. — Как раз под силу нашей компании.

Неожиданно для всех Геката недовольным тоном прочитала нотацию: дескать, они снова увлеклись глобальными замыслами, тогда как сейчас нужно сосредоточиться на ближайших неприятностях. Таковых же она видела две: инструментарий для ремонта Спиральных Пирамид и грядущее вторжение варваров.

— Я сказал — об этом подумаем завтра, на свежую голову, — поднимаясь, усталым голосом напомнил Кул, но тут же добавил: — Верви, передвинь немного войск поближе к Авалону.