— Насколько я понимаю, это и есть моя сводная сестричка! — мягко произнес Джеймс, беря Элин за руку и отводя в ближайшую комнату, где было побольше света. — Ну, почему ты плачешь?

Чувство такта не позволило Элин признаться, что ее обидела мать Джеймса, поэтому она невнятно пробормотала что-то насчет своей внешности.

— Что ж, ты, конечно, поступила не слишком разумно, выкрасив волосы в этот ужасный цвет, — сдержанно согласился Джеймс. — Но не стоит так сильно горевать по этому поводу. — Продолжая успокаивать Элин, он между прочим спросил: — Какой у тебя естественный цвет волос?

— Ну… они у меня светлые, — всхлипнула Элин.

Тогда Джеймс взял ее лицо в ладони и внимательно посмотрел в глаза.

— Знаешь, что я тебе скажу, Элли? — медленно произнес он. — Через два-три года ты станешь настоящей красавицей. С такими огромными голубыми глазами и светлыми волосами ты будешь неотразима!

— Правда? — улыбнувшись, робко спросила Элин, попытавшись взглянуть на себя по-иному. Признаться, ей понравился нарисованный Джеймсом образ.

— Конечно! — уверенно ответил ее сводный брат. Потом он неожиданно наклонился и легонько поцеловал Элин в нос.

Затем, пожелав ей приятно провести время, Джеймс поспешил к приятелям, ожидавшим его у бассейна. Но этого мимолетного проявления ласки — о котором сам он забыл через несколько минут — оказалось вполне достаточно, чтобы Элин пришла в восторг и впервые в жизни влюбилась со всей пылкостью юного сердца.

Необычайно выразительная внешность Джеймса способствовала тому, что в тайных грезах Элин видела его в образе какого-нибудь романтического литературного героя. Очень скоро сводный брат стал постоянным объектом ее девических фантазий. Элин восхищалась им и боготворила его. По ее представлениям, так должно было продолжаться до тех пор, пока — как обычно бывает в финале сказочных историй — ей не подвернется случай выручить Джеймса из беды или спасти ему жизнь. А тогда ему останется только поцеловать ее и наречь своей суженой.

Однако успешному развитию задуманного сценария препятствовало одно существенное обстоятельство. После того как Элин побывала с Глэдис в парикмахерском салоне — где юной бунтарке заново перекрасили волосы в один из светлых тонов, — ее кудри хоть и изменили цвет, но стали похожи на вату. Рассматривая себя в зеркале, она пришла к выводу, что стала выглядеть едва ли не хуже, чем прежде.

Элин изучала себя в зеркале часами, но лишь все больше и больше убеждалась, что сейчас Джеймс и смотреть на нее не захочет. А уж о том, чтобы он объявил ее своей невестой, и речи быть не может!

Поэтому она старалась реже попадаться ему на глаза, что было ее первым правильным решением. Но, несмотря на все ее усилия, она каким-то странным образом то и дело натыкалась на Джеймса. Впрочем, совсем не видеться не представлялось возможным, ибо они находились под одной крышей. Именно по этой причине Джеймс постоянно становился свидетелем все учащавшихся стычек Элин с его матерью.

Элин поняла, что, как бы она ни старалась, ей никогда не удастся угодить Глэдис. К мистеру Колхауну, напротив, она испытывала чувство благодарности, ибо он не раз заступался перед женой за их юную гостью. Но, к сожалению, он часто отлучался по делам, а кроме него больше никто не мог справиться со зловредным языком хозяйки дома.

Правда, Джеймс тоже становился на сторону сводной сестры, но и он часто отсутствовал дома, проводя время с друзьями. Таким образом, Элин по большей части приходилось самой стоять за себя, противодействуя выпадам Глэдис.