— «Тухчар», тебя понял. Это хорошая новость для наших. Желаем успеха"…

Дальше Полуян не стал читать все. Переговоры, засеченные слухачами из военной разведки, были однообразными: фиксировался обмен текущей информацией между различными группами боевиков и их штабами. Назывались незнакомые точки, где предстояли операции групп и отрядов. Но это ничего не давало человеку несведущему, впервые взявшему в руки подобные сообщения. Чтобы оценить их пользу или бесполезность нужно следить за обстановкой и перемещениями отрядов — каждый день в течение долгого времени.

— Позывные имеют какой-то смысл? — Полуяна заинтересовали кодированные названия тех, кто вел разговоры в эфире.

— Да, конечно. Назвать?

— Если можно.

— «Азат» — по-чеченски означает освобождение. А «Тухчар» — название населенного пункта на востоке Чечни. — «Мазлак» — это Моздок… А вот еще одна бумага. Всю ее читать тебе незачем, но с тем, что я покажу, можешь ознакомиться.

Резванов положил на стол стандартный лист машинописного текста. Сверху, где обычно имеется «шапка», позволяющая узнать, кто составлял документ, кому предназначен и какова степень его секретности, скрепками была подколота бумажка, закрывавшая текст, так называемая «маска».

— Руками не трогай.

Полуян понял, Резванов боится, что маска может стронуться с места. Не прикасаясь к бумаге, стал читать.

"Анализируя сведения, собранные техническими и оперативными методами, считаем возможным предположить развитие событий на ближайшее время в следующих направлениях.

Материалы радиоперехвата однозначно позволяют утверждать об усилении активности боевиков в районе урочища Тангичу и Бакин. Здесь происходит перегруппировка отдельных отрядов. Можно ожидать стягивания больших сил Берсаева на маршрутах предполагаемого выдвижения в район действий колонны особого полка федеральных войск.

Разведана новая база боевиков в развалинах Магусты. Состав до 150 человек. Имеются инструкторы из Пакистана и Афганистана. Эта группа уже провела успешную операцию против колонны 245-го полка.

Активизируются группы боевиков, предназначенные для рейдов на территориях Ставропольского края и Дагестана. Однако в данное время проведение теракции ими маловероятно. Тем не менее, следует соблюдать меры особой предосторожности в районах Виноградное, Серноводское, Русское, Октябрьское, Новогагатали.

Данное сообщение просим рассматривать как предупреждение".

— Прочитал? Что скажешь теперь?

Подняв глаза, Полуян взглянул на Резванова. Тот сидел, устало положив руки на колени. Лицо его с выпиравшими скулами было обветрено до цвета кофе. Он, видимо, просыпался рано, брился электробритвой, которая, как плохой комбайн, оставляла огрехи — на подбородке в двух местах торчали кустики несрезанной щетины.

Заметил Полуян и мозоль на сгибе указательного пальца правой руки майора, походившую на фасолину, а снаружи на костяшке чернела ссадина. Это от частого пользования автоматом. Спусковой крючок натирает мозоль, а костяшку травмирует спусковая скоба. Однако спрашивать, часто ли Резванов бывает в зоне боевых действий, Полуян счел неудобным.

— Не скажу ничего, майор, — ответил он задумчиво. — Ты тут плаваешь, — хотел сказать «в луже», но подумал, что обижать его не стоит, — плаваешь в море информации, а я лишь потрогал с самого краешка. Но времени вы зря не теряете, хоть так…

— Но ты можешь критически оценить то, что скажу я?

Полуян грустно улыбнулся.

— Ты же умный человек, майор, и знаешь, — мы критически воспринимаем слова других. А вот себя критически оценивать не любил.