Наказания Наргис не боялся. Он знал, что у армии Камита сейчас проблемы: восстания магов, бегство некоторых драконов, нападение червей — все это подтачивало ее изнутри. Поэтому перенаправлять сюда значительные силы, которые есть только на границах, было бы неразумно. Гораздо проще договориться мирно, показать, что даже мятежные деревни все равно склоняют голову перед короной.

Да и потом, драконьи всадники считались самым опасным оружием Камита, его лучшими охранниками и палачами несогласных. Раз они потерпели поражение, посылать в деревню больше некого, Наргис не сомневался в этом.

Тот, кого они искали, был неуловим, и Саим как бывший солдат не мог не восхищаться этим. Маг не ночевал рядом с людьми, не покупал у них еду, не позволял даже близко подойти со словами благодарности. Он путешествовал не по дорогам, а по лугам и полям, не оставляя за собой следов. Он ни в чем не нуждался и мог выжить где угодно.

Оставалось только понять, ради чего живет такой человек. Это сейчас он спасает жизни, а раньше о нем никто ничего не слышал. Неужели можно было обладать такой силой, но не использовать ее, сторониться и славы, и любых развлечений? Саиму это казалось нереальным.

А вот Нара не была так удивлена:

— Среди магов много отшельников, думаю, этот — один из них. Они живут вдали от других людей, ни с кем не общаются, им и так хорошо.

— Но где он тогда изучил такую магию? — спросил Саим. — В Толе отшельники тоже есть. Только это, как правило, те, кто устал от жизни… часто — бывшие плуты да пройдохи. Они уходят в леса и горы, потому что только там никто не хочет их покалечить. Сидят себе, ягоды едят, труды о жизни пишут, если писать умеют. Будь у них магическая сила, они б в одиночестве долго не задержались.

— В магии одиночество выбирают, чтобы найти духовный баланс и познать силу, от которой обычно отвлекают мирские страсти, так мой отец говорил. И судя по тому, что делает этот маг, что-то он действительно познал.

Искать его среди людей было бесполезно, поэтому они свернули к заброшенным деревням. Почти все их жители умерли, а те, кому удалось выжить, бежали подальше отсюда. Это был рискованный шаг для них, но если верить карте, составленной Нарой, маг тоже направлялся в эту сторону.

Червей на их пути давно уже попадалось меньше, бывали дни, когда они и вовсе ни одного не видели. Получается, люди все же научились бороться с болезнью, да и колдун тот со своими кошками помог. У больших дорог возрождалась жизнь, но здесь, вдали от людей, Саим снова чувствовал тревогу. Ему казалось, что опасность где-то рядом, их уже кто-то заметил и теперь готовится напасть.

— Ты нервничаешь, — указала Нара. — Не надо.

— Мы, вообще-то, не по Торем-валу сейчас гуляем! Есть причины нервничать.

— Причины есть, пользы нет. Ты боишься, что в той деревне есть черви? Они там точно есть.

— С каких пор ты чувствуешь их на расстоянии?

— Не их самих, их запах, — уточнила девушка. — Ты не заметил? Они мерзко пахнут — как мокрая от крови земля. От деревни разит ими.

— Тогда зачем мы туда идем?!

— Потому что я чувствую магию в воздухе. Тот, кого мы ищем, был здесь, мы на верном пути. Нам нужно идти напрямик, если мы не хотим потерять его, обходить деревню — слишком долго.

Саим не стал уточнять, что драка с червями тоже может быть не быстрой. Он решил довериться своей спутнице, потому что ему и самому надоело бесцельно шататься по Дориту. Они должны были собирать армию для Кирина, а вместо этого застряли в провинции!

Опустевшая деревня казалась Саиму разрытой могилой.