– Вот уж в чем не откажешь всем этим юным нахалам, Джейн, так это в практицизме. Они только потому не заказывают для изучения инфокристаллов с мнемозаписями на медицинскую тематику, что уверены в недолгом её существовании, как науки. Понимаете, Джейн, они считают, что вопросами геронтологии должны заниматься одни только помолодевшие старики и старухи, которых это касается в первую очередь, а им, видите ли, жаль тратить на это свое драгоценное время.

Эдвард Бартон, который так сурово отозвался о стремлении студентов посвятить себя фундаментальной науке, тем не менее смотрел на этих молодых людей, как на будущее не только науки Земли, но и её колоний. В самом ближайшем будущем, для многих из них будут построены специальные научно-исследовательские заведения, где они смогут полностью посвятить себя науке, на которую Институт Человека средств не жалел. Кое-кто из этих молодых людей уже выбрал для себя местом своей научной деятельности именно колонии, а не Землю. Узнав об этом, Джейн испуганно воскликнула:

– Эд, неужели вы отправите этих мальчиков и девочек в колонии, которые служат местом изгнания для преступников?

– Да, пожалуй Ольга была права, Джейн, когда возмущалась вашей способностью делать законченные логические построения при полном отсутствии достоверной и точной информации. – Недовольно процедил сквозь зубы Эд – Вы не видели еще ни одной колонии, не знаете порядков, установленных там и уже готовы предать нас анафеме за то, что эти молодые люди стремятся оторвать свои задницы от Земли и направиться в колонии. Джейн, к вашему сведению, как только кто-либо из клиентов Трибунала попадает на Ладу, Европу, Палому или Халифат, они первым же делом стараются забыть, кем они были на Земле. Мы даем им молодость, красоту, силу, отменное здоровье и новое имя, новые знания, наконец, мы привозим их в мир, который в технологическом отношении находится на несколько тысяч лет впереди по сравнению с Землей нынешнего дня. Так что же по вашему они должны начать делать? Стрелять друг в друга? Взрывать дом соседа? С чего это им делать, если каждый из них знает, что в колонии ни с того ни с сего людей не отправляют. Знаю, у вас на языке вертится вопрос, а как же обстоит дело с теми бомжами и бродягами, которых наши агенты уговорили начать жизнь сначала. Так вот, моя дорогая, они получают такую спецподготовку, что им позавидуют и коммандос, прошедшие Форт-Брагг и десяток войн, так что сдачи они смогут дать каждому, хотя я еще ни разу не слышал о том, чтобы в колониях случались просто какие-нибудь разборки, не говоря уже о вооруженных конфликтах. Правда, вам возможно не очень понравится то, что в колониях власть находится в руках административных советов созданных еще первыми колонистами и они вовсе не собираются отдавать её кому-либо из новичков. Вот потому-то я и не боюсь отпускать этих мальчиков и девочек туда одних, хотя надо сказать, что научные учреждения в колониях являются предметом особой заботы администрации и я даже не представляю того, что колонисты сделают с тем типом, который посмеет сделать им что-либо плохое. Ведь до тех пор, пока они сами не построят космические корабли с тахионным приводом, им всем Земли не видать, как собственных ушей, а по наши расчетам это произойдет не раньше, чем через сто пятьдесят лет, но я думаю, что к тому времени мы уже и сами объявим землянам как о своем собственном существовании, так и о существовании внеземных колоний. Так что, Джейн, я не вижу ничего плохого в том, если кто-то из выпускников этого научного центра отправится в какую-нибудь колонию. Во-первых, это будет далеко не первый случай, а во-вторых, мне нравятся предприимчивые люди. Признаться, если бы не мои обязанности главного администратора, я и сам подался бы, скажем на Ладу или ту же Европу. Да, впрочем, вы в этом скоро и сами убедитесь, когда "Уригленна" через два-три месяца отправится в свой очередной рейс.