Похоже, что полковник Рогозин, наконец, почувствовал, что все гораздо серьезнее, чем он себе это представлял и, немного подумав, ответил мне:

– Вас устроит если девушку проводит в аэропорт Клим и лично доставит её в Париж? Соответствующая охрана будет мною ей обеспечена, если вы, конечно, разрешите мне оставить своих людей, я и сам не доверяю всем тем кретинам, которых Антип набрал неизвестно на какой помойке. – Еще немного помолчав, он добавил очень расстроенным, чуть ли не плачущим голосом – Мне, честно говоря, самому очень не нравится вся эта история. Поверьте, мне не было известно, что Шарфуди знает эту девушку и что он вздумал надругаться над ней.

– Ну, конечно, если бы вы это знали, то ни за что не допустили бы этого. – С издевкой сказал я – Вы бы поступили, как истинный рыцарь и непременно спасли бедную девочку от этого негодяя. Хватит трепаться попусту, полковник, вы такая же гнусная сволочь, как и этот дикарь, спустившийся с гор. Все вы тут банда негодяев.

Полковник Рогозин искусно изобразил на своем лице смущение и, с напускной горечью, сказал мне:

– Почему вы не верите мне, господин Бартон? Если бы мы могли познакомиться поближе, то вы бы поняли, что мы занимаемся легальным бизнесом и среди наших людей почти нет тех, у кого есть криминальное прошлое. Эти подонки, с которыми вам пришлось столкнуться, лишь жалкие прихлебатели, которых нам приходится кормить. Уже то хорошо, что они довольствуются этим и не грабят прохожих на улицах. Похоже, господин Бартон, вы обладаете просто невероятной подготовкой и совершенно фантастическими способностями, такие люди нам очень нужны. Мы умеем быть щедрыми, господин Бартон. Поймите, все, что случилось сегодня, это какая-то дикая фантасмагория. Конечно, вы можете быть недовольны моими действиями, но поймите, ведь я прежде всего должен заботиться о безопасности президента нашей компании, я просто не мог поступить иначе. Теперь я вижу, что вы хотите только одного, поскорее покинуть это здание, ну, а то, что вы всерьез обеспокоены судьбой этой девочки, говорит только о вашей исключительной порядочности и высоких моральных качествах. Надеюсь, когда все уляжется, мы сможем еще раз встретиться с вами в спокойной обстановке и поговорить. Признаться, вы поразили меня вашим умением обнаружить врага, даже за стеной и способностью к врачеванию. Вы феноменальный человек, Эдвард, было бы просто замечательно, если бы вы стали работать на благо родины…

Такие разглагольствования полковника Рогозина, не вызвали у меня совершенно никакого энтузиазма. Усмехнувшись я ответил ему с иронией в голосе:

– О, да, я несомненно порядочный и благородный человек, раз без малейшего колебания изувечил Шарфуди Беноева за то, что он сволочь и мерзавец, да, к тому же только ради того, чтобы настроить вас, полковник, на серьезный лад, подстрелил почти шесть десятков ваших людей, разрядив в них почти все боеприпасы, которые взял с собой поднимаясь наверх. Разумеется, я соглашусь с вами и тогда, когда вы станете объяснять мне, что я был вынужден так поступить. Полковник, мой отец уже оказал однажды услугу этой стране и даже потерял здоровье, работая инструктором в РУБОПе. Этого вполне достаточно, тем более что знания, полученные рубоповцами от моего отца, не всегда шли на пользу этой стране.