Я помню, как прячусь.

Грязь. Отвратительный запах. Солоноватая вода в лужах. Голод. Скитания. Поиски. Стремление снова попасть в стадо.

Кто‑то громко кричит прямо в ухо, бьет меня по лицу. Больно! Разве можно бить по больному? Не бейте меня!

Я помню, как плачу…

И снова удары… Еше удары…

Наконец я заорал:

– Черт возьми!.. Прекратите сейчас же!

– Слава Богу! Он приходит в себя. Я помню…

– Джим! Посмотри на меня! – Кто‑то схватил меня за подбородок. Женщина. Темные волосы. Напряженное лицо. – Джим! Как меня зовут?!

– Мя?.. Мя?.. Ня?.. Удар! Слезы текут из глаз.

– Мя?.. – Я пробую снова: – Ня?.. И снова удар!

Я кричу.

Она держит мое лицо и кричит в ответ. Если бы я мог издать нужный звук… Ведь один раз это удалось…

– Черт возьми!.. Флетчер, да прекратите же, в самом деле! Больно.

– Кто я такая?

– Вы – Флетчер! А теперь оставьте меня в покое. Хотелось свернуться калачиком и укрыться чем‑нибудь с головой.

– А вы кто такой?

– А?

– Ну‑ну, Джеймс, кто вы такой?

– Я был… Жем…

– Кто?

– Жем… Нет, Джеймс. Эдвард.

– Джеймс Эдвард, а дальше?

– Дальше?

– Фамилия как?

– Ка? Ка? – Мне так мягко и тепло. – Как? Сейчас покакаю…

Бац! Мое лицо звенело, горело от ударов.

– Кто вы такой?

– Джеймс Эдвард Маккарти. Лейтенант армии Соединенных Штатов, Агентство Сил Специального Назначения. Нахожусь на выполнении особого задания! Сэр!

Может быть, теперь она оставит меня в покое.

– Хорошо! Ну же, возвращайся, Джим. Не останавливайся!

– Не желаю, черт возьми! Не хочу! Дайте мне досмотреть сон!

– Он закончился, Джим! Ты просыпаешься! Ты больше не заснешь!

– Почему?

– Потому что сегодня уже суббота.

– Суббота?! Вы должны были забрать меня во вторник.

– Мы не могли найти тебя.

– Но ведь ошейник?..

Я посмотрел на Флетчер как побитая собака.

– Где он, Джим? Ты не помнишь?

Я потрогал шею. Контрольный ошейник исчез. Я был голый и дрожал. Холодно.

– М‑м.

Я совсем смутился.

Флетчер закутала меня в одеяло, и я снова стал проваливаться в небытие. Мне было необходимо успеть спросить кое‑что:

– Я… Э‑э… Как нашли… меня?

– Мы наблюдали за стадом. И надеялись, что ты сумеешь вернуться. К счастью, ты смог.

– Вернуться… Я сам вернулся?

– Несколько подонков из Южной Калифорнии нагрянули сюда в поисках грязных развлечений и спугнули стадо. Началась паника. Что самое поганое – были убитые и раненые. Это самое поганое. Ты меня слушаешь?

– Да! – быстро откликнулся я.

Она опускает руку. Опустила. Сознание возвращается… возвратилось.

Кто‑то сунул мне горячую кружку. Я машинально отхлебнул. Горько. Кофе? Я поморщился.

– Что это за говно?

– Эрзац.

– Эрзац чего?

– Говна, разумеется. Мы не настолько богаты, чтобы потреблять настоящее говно.

– Я давно ем говно, – заявил я и неожиданно ухмыльнулся. – Эй! Я снова жив. И придумал каламбур. Давно – говно: В‑С‑Е Р‑А‑В‑Н‑О. Усекли?

Кто‑то тяжко застонал. Флетчер улыбнулась и сказала:

– Никогда бы не подумала, что дрянной каламбур так меня обрадует.