Сквозь стекло левого наблюдательного фонаря на него смотрели два огромных черных глаза. Не долго думая, я схватил канистру с пенобетоном и залил стекло. Заодно прошелся и по правому фонарю. Интересно, как отнесся к этому червь?

Потом подполз к Дьюку и оттащил его подальше.

– Лежи спокойно, – сказал я ему.

– М‑м… Что?..

– Тихо! Это приказ, капитан!

– Ес‑сть… – отозвался он и потерял сознание. Когда я вернулся, Лиз не без ехидства поинтересовалась;

– Слегка повысили себя в чине?

– Ну, отдайте меня под трибунал. Где этот чертов дирижабль? – Я посмотрел на часы. – Они запаздывают.

– Откуда я знаю?

– Мы в восьми минутах лету от вас! – прогремел голос полковника Андерсона. – Сохраняйте штаны сухими.

– Зачем? – быстро ответы! я. – Так червям будет вкуснее.

– Послушайте, лейтенант! – В ярости полковник Андерсон походил на своего отца. – Заякорить дирижабль не так‑то просто. Ваше нытье не ускорит дела. Швартовка займет одно и то же время вне зависимости от того, будете вы вести себя спокойно и рассудительно или паниковать. Выбирайте сами. Ну, так как?

Из хвоста вертушки донесся жуткий треск. Казалось, что ломается кевларовая стойка. Раздался таранный удар в дверь. Она выгнулась, отскочивший кусок пенобетона врезался в противоположную стенку.

Я повернулся к передатчику:

– Вы абсолютно правы, полковник, но ваш корабль, сэр, не пытаются раздавить несколько тонн червей, а наш вот‑вот превратится в лепешку.

– Я понимаю ваше положение, лейтенант, и хватит пустых разговоров. У вас будет время отвести душу на борту.

Сквозь передний обтекатель на нас смотрел червь, но не пытался его выдавить, а лишь таращил глаза и моргал. Послышался шорох – к нему подполз второй.

Я открыл было рот, чтобы ответить полковнику Андерсону – и закрыл его. Какого дьявола я валяю дурака? Ведь хторры по‑прежнему только изучают нас. Если бы они хотели попасть внутрь вертолета, то давно бы это сделали. Так что хватит паниковать.

– Продолжайте.

– Теперь мы видим вас на горизонте. Внимание, приготовиться. – Последовала пауза. – Нет, не выйдет. В воздухе еще полно этой дряни. Придется отдавать якоря с помощью робота. – Еще пауза. Потом: – Все в порядке, спускаем «краба». Подключаю вас к нашему видео.

Лиз потянулась, включила главный экран и быстро прошлась по каналам. Появилось четкое изображение.

Теперь мы смотрели на себя с дирижабля. Круглый, похожий на паука робот с массой рук, ног и других приспособлений, раскачиваясь, опускался на четырех тросах. Он попал в лучи прожекторов дирижабля и замигал собственными огнями.

Лиз дотронулась до клавишей, и вспыхнул второй экран, передающий изображение с камер «краба». Под нами бешено проносились розовые деревья.

Я наклонился к стеклу обтекателя, всматриваясь в темноту.

– Вроде бы мы должны скоро их увидеть? Лиз спросила в микрофон:

– Можете выслать наблюдательный зонд?

– Пока нет. Внимание. Включаю компьютерное сканирование по третьему каналу.

Лиз зажгла третий экран. Изображение на нем было объемным, но без деталей. Бортовой компьютер дирижабля собирал информацию с ультразвуковых и инфракрасных излучателей, радаров, видеокамер в единое трехмерное изображение. Холмистая, неровная местность выглядела на экране бледно‑оранжевой. По диагонали ее пересекала широкая впадина.

Чуть левее центра виднелся яркий белый предмет. Это мы! Крошечный боевой корабль, наполовину зарывшийся в красный сугроб. По нему ползали темные тени.