|
— Чем же вы занимаетесь, встречаясь с ней в темноте? Или вы еще не добрались до ее выпуклостей?
Чип опустил карточку в карман.
— Мы вообще с ней не встречаемся, — сказал он.
— О, бросьте эти штучки, — сказал Король, — мне все известно, что там у вас. Решили, что я уже покойник?
— Ничего между нами нет, — повторил Чип. — Она один раз пришла в Музей, и я дал ей мой французский словник, вот и все.
— Могу себе вообразить, — сказал Король. — Уходите отсюда прочь, слышите вы или нет? Я должен выспаться. — Он снова улегся, сунул ноги под одеяло и натянул его на грудь.
— Ничего между нами нет, — еще раз сказал Чип. — Она чувствует себя в слишком большом долгу перед вами.
Не открывая глаз, Король сказал:
— Но скоро мы поможем ей рассчитаться с долгами, а?
Чип помолчал, потом сказал:
— Вы должны были сказать нам про Американову.
— Американуэву, — поправил Король и больше не сказал ничего. Он лежал с закрытыми глазами, его укрытая одеялом грудь часто вздымалась.
Чип направился к двери и выключил свет.
— Увидимся вечером, — сказал он.
— Надеюсь, что вы туда попадете, — сказал Король. — Вы оба. В Американуэву, я имею в виду. Вы заслужили это.
Чип открыл дверь и вышел.
Горечь слов Короля сильно огорчила его, но минут через пятнадцать он вновь почувствовал прилив бодрости и оптимизма и был доволен результатом этой, подаренной ему до процедуры, ночи. Его правый карман оттопыривали карты Залива Стабильности с Андаманскими островами, перечень названий и местоположений других крепостей неизлечимых и карточка с имяномом Маттиолы. Слава Христу, Марксу и Вэню, на что бы хватило его способностей, если б он вообще смог избавиться от процедур!
Он достал из кармана карточку и на ходу стал ее читать. Анна СГ38Р2823. Он позвонит ей после утреннего гонга и договорится о встрече — во время свободного часа вечером. Анна СГ. Нет, она — не «Анна», а Маттиола — ароматная, утонченная, красивая. (Кто подобрал ей это прозвище? Она сама или Король? Невероятно. Проклятый Король думал, будто они встречались и занимались любовью. Если бы!)
«Тридцать восемь Р, двадцать восемь, двадцать три». Некоторое время он шагал, ритмично повторяя ее имяном. Потом сообразил, что идет слишком резво, умерил шаг и спрятал карточку в карман.
Он вернется к себе до первого утреннего гонга, примет душ, переоденется, позвонит Маттиоле, поест (он умирал с голода), затем в 8.05 пройдет процедуру и сходит на прием к зубному («Сегодня, сестра, гораздо легче. Дергать почти совсем перестало»). Процедура его оглушит, ладо-гадо, но не настолько, чтобы он не смог рассказать Маттиоле про Андаманские острова и начать с ней планировать — и со Снежинкой, с Пташкой тоже, если их это интересует, — как им туда добираться. Снежинка, вероятно, предпочтет остаться. Он на это и надеялся — это здорово упростило бы дело. Да, Снежинка останется здесь хохотать, курить и трахаться с Королем и играть в этот механический футбол. А они с Маттиолой сбегут.
Анна СГ, тридцать восемь Р, двадцать восемь, двадцать три.
К жилому корпусу он подошел в 6.22. Две ранние пташки попались ему навстречу в холле его этажа. Одна голенькая, другая уже одетая. Он улыбнулся и сказал: — Доброе утро, сестры.
Он пошел в свою комнату и включил свет. Боб лежал на кровати, он приподнялся на локте и уставился на него, щурясь от света. Его открытый телекомп стоял на полу, синий и желтый сигналы светились.
Глава 6
Чип закрыл за собой дверь. |