‒ Так это хорошо? ‒ осторожно спросил я.

‒ Хорошо, но непонятно. Знать бы, что у тебя внутри происходит! ‒ азартно пожелал Ираклий.

‒ Вскрытие покажет, ‒ пошутил я и поспешно добавил: ‒ Но резать себя не дам!

‒ Ну ты и хохмач, ‒ смеясь, произнес Ираклий и без паузы спросил в лоб: — Ты что-то принимаешь?

‒ Только то, что доктор даёт.

Причины своей уникальной физической формы я и сам не знаю. Откуда мне знать какие процессы происходят в организме при замене сознания? Вроде способностей никаких не появилось, хотя, например, не помешала бы абсолютная память. Толик и был здоровым лосем, явно в папу, а тут ещё я такой нарисовался. Не бухаю, не курю, занимаюсь спортом. По своей программе качаю физуху. Благо, опыт есть из будущего.

‒ Чё он хотел? ‒ интересуется Цзю.

‒ Сказал, я слишком хорош физически, ‒ смысла врать не вижу. ‒ Он думает, что-то ем запретное.

Тренировка, разбор полётов по сегодняшнему бою Витьки, ужин и личное время. Можно походить по местным магазинчикам, но денег у всех не то чтобы мало, но народ экономит, чтобы купить ценный товар. Костян привез с собой на реализацию бинокль, водку и наручные часы. Витька ‒ икру, водку и тоже часы. Один я ничего с собой не взял, зато обменял валюту по максимуму. Нам разрешили обменять по триста рублей. Суточных же выдали пока на неделю, это ещё примерно тридцатка, если в доллары перевести. Не так уж и жирно, чтобы на мелочевку тратить. Ещё один минус ‒ нет телевизоров у нас в номерах. У соседей итальянцев есть, я слышал, как они орали, смотря футбольный матч.

Вечером пришёл Ян. Как и ожидалось, пройти в гостиницу было непросто даже для него, но он смог получить удостоверение — ID с пиктограммой боксера.

‒ Никуда, кроме бокса, меня не пустят, ‒ пояснил он. ‒ Эти узкоглазые совсем сдурели. Представляешь, два раза проверили, пока к тебе шёл! В первый раз ‒ сумку только, во второй даже карманы вывернули. Я как раз тебе принёс аванс за Ирландию.

В обалдении смотрю на кучу купюр.

‒ Сколько тут? ‒ киваю на пачку денег.

‒ Семьсот тысяч вон, это всего тысяча долларов! Да бери, отец сказал отдать. Золото есть в Ирландии, но там фабрику надо строить, а это небыстро. У меня к тебе разговор есть по совместному предприятию.

‒ Я с лесом не работал.

А что, трудности какие? ‒ прячу деньги в «надежное» место я ‒ под подушку.

‒ У нас пока нет, но вот японцы работают у вас в Иркутской области и набросали мне свои жалобы, ‒ Ян достал листок бумаги.

Слушая отчет совместного советско-японского предприятия, я понимаю, что японцы просто охренели. Никаких серьезных косяков с нашей стороны я не наблюдаю. Ну, время доставки груза ‒ вместо 8-10 дней 2-3 недели, ну, текучка... из 180 человек уволено два десятка и семеро сами ушли. И прочие мелочи. Взяток с них не дерут, бандиты им не угрожают, два года без налогов работать разрешили. Что ещё надо?

‒ Меня назначили куратором по СССР, мне, Толья, надо отличиться!

‒ Ну... телефоны скоро пойдут хорошо, ‒ говорю я имея в виду скорое развитие сотовой связи.

‒ Только не телефоны! Уже создано совместное предприятие с испанцами у вас в Перми. Фирма «Телур». Я разговаривал с директором СП, там куча трудностей, ведь предприятие при местном заводе, которому конкурент не особо нужен. Да и импортные детали в испанском телефоне стоят валюты, а программу перевода на местные детали ещё только запускают. Качество может упасть, и в Европе не продать будет такие аппараты, ‒ Ян неожиданно показал вполне приличное знание ситуации.

‒ Я про сотовую связь говорил, ‒ бормочу я, прикидывая, когда у нас начнёт развиваться этот сегмент рынка.