— Господа! — я покачнулся с пятки на носок: — Не надо так на меня смотреть. Никаких пулеметов и прочих расстрельных команд не будет. Меня зовут Петр Степанович Котов, я капитан революционной милиции Республики Мексика в отставке. Вы — бывшие сотрудники МВД, объявленные вне закона, уволенные со службы без всяких выплат. Ваше будущее — прозябание в казематах Петропавловской крепости в течение полугода, затем скорый и неправедный суд за стрельбу из пулеметов по революционному народу и после этого, ваша жизнь уже никогда не будет прежней. Вы будете изгоями до конца дней своих. Увы, но это ваше будущее.

Я предлагаю вам другой вариант вашей дальнейшей жизни. Вы ослужите в рядах народной милиции год. Заниматься будете примерно тем же, что и раньше, в зависимости от ваших способностей и прочих талантов. Служба по двенадцать часов, без выходных. Жить будете на казарменном положении, получать паек и денежное содержание. Никаких встреч с родными и знакомыми. Семьям, особенно оказавшимися в тяжелом положении после вашего ареста, мы поможем, это я вам могу обещать. Имена ваши вы должны забыть, этих людей больше не должно быть, никогда.

— По порядку номеров рассчитайся. — внезапно я сменил тему разговора. Рассчитались они быстро, чувствуется, что практически все служили в армии и были справными солдатами. Лишь двое, хотя с петлицами МВД в лацканах форменных сюртуков, внешне форменные шпаки. Кстати, единственные, кто был в форме, в форме чиновников МВД. Наверное, какие-нибудь статисты или счетоводы. И попались беснующейся толпе как последние лохи.

Когда последний человек в строю выкрикнул свой номер, я продолжил:

— Ваш номер, это ваше новое имя или, если хотите, позывной, на ближайшее время. Кроме службы, в ваши обязанности будет входить обучение приставленных к вам людей тонкостям вашей профессии.

Я задумался.

— Ну, вроде бы все. У кого есть вопросы?

Вопросов почему-то не было.

— Ну тогда все вопросы в рабочем порядке. Сейчас я подойду к каждому из вас, и вы все ответите на вопросы, затем проследуете в здание, где будете накормлены и получите возможность помыться. Вечером начнется служба, а в пять часов пополудни — предварительная тренировка. После чего те из вас, кто сейчас заявит мне о том, что служить под моим началом в народной милиции не собирается, эти люди будут завтра препровождены в Петропавловскую крепость, где будете ожидать своей судьбы. Если всем все понятно, то, те из вас, кто не желает служить в милиции и готов отправится в Петропавловку, два шага вперед.

Не вышел ни один. Ну а я бы, на их месте, тоже не вышел.

* * *

После обеда начались тренировки личного состава. В строй были поставлены все способные держать оружие. Напротив, дома сто шесть по набережной Мойки, был выставлен наблюдатель с красным флажком. На пригнанные из конюшни телеги, грузили пулеметы и прочее имущество. Во дворе двадцать пять человек учились под зычные команды вахмистра: «Делай раз, делай два». Время летело стремительно, казалось, что ничего не готово, но в пять часов пополудни мы, короткой колонной, выдвинулись на набережную. Гимназисты ушли за полчаса до основной группы, неся наполненные подарками корзинки. Впереди, неторопливо, двигались три телеги, груженные припасами и пулеметами. За ними лихо шагал отряд, человек в пятьдесят, причем бойцы с японскими винтовками были одеты в полную полевую форму имперского пехотинца, вторая половина отряда была облачена в штатское тряпье.