– Ты не понимаешь.

– Только некромант может связываться с потусторонним миром, Саванна.

– Готова поспорить: мы тоже можем, если попытаемся. – Она повернулась и посмотрела на меня. – Разве ты никогда об этом не думала? О том, чтобы связаться с твоей матерью?

– Некромантия работает несколько по-другому. Нельзя просто позвонить мертвым.

И зашла в кухню и сняла телефонную трубку. Посещение Лукаса Кортеса дало один положительный результат – я вспомнила о своих вопросах, о том, что хотела побольше узнать о Кабал-кланах, а это в свою очередь напомнило мне, что Роберт мне не отзвонился. Для Роберта такое было нетипично, поэтому я позвонила снова – ему домой, на работу, проверила свою электронную почту, но мне никто не ответил. Я начала беспокоиться. Дело близилось к четырем, поэтому я снова позвонила Адаму на работу, хотя сомневалась, что бар на территории Университета открыт в час дня – между нами была разница во времени. Нет, я – дура, конечно открыт.

Когда я поговорила с кем-то из обслуги, то узнала, что Адам уехал на неделю, на какую-то конференцию. Эта информация заставила меня кое-что вспомнить – у меня в голове словно мелькнула вспышка. Я вернулась к компьютеру, проверила электронную почту за предыдущие дни и нашла письмо двухнедельной давности от Адама, в котором он упоминал, что собирается с родителями на конференцию, посвященную роли глоссолалии в боговдохновенных пророчествах. Не то что Адаму было какое-то дело до всех этих пророчеств или глоссолалии, но конференция проводилась на Мауи, где есть много всего интересного для двадцатичетырехлетнего парня. Конференция проводилась с 12 по 18 июня. Сегодня – 16 июня.

Я подумала, не разыскать ли их на May и. Но ни у Роберта, ни у Адама не было мобильного телефона. Роберт не считал его необходимым, а у Адама аппарат отключили после того, как он не оплатил очередной астрономический счет. Чтобы связаться с ними, мне придется звонить на конференцию на Гавайи и оставлять послание. Чем больше я об этом думала, тем большей дурой себя чувствовала. Роберт вернется домой через два дня. Мне не хотелось, чтобы он решил, будто я в панике. Это не принципиально, не крайне важная для меня информация, я просто собираю сведения. Можно подождать.

Я позвонила в Бостон знакомой женщине-юристу, которая занималась юридическим обеспечением моего бизнеса. Хотя она не работает с физическими лицами, она явно сможет кого-то посоветовать – кто возьмется за представление моих интересов в вопросах опекунства или уголовном деле. Сегодня суббота, значит, в конторе никого нет, поэтому я оставила ей послание, подробно объяснив ситуацию, и попросила перезвонить мне в понедельник и назвать фамилии каких-нибудь юристов.

Затем я отправилась в кухню, взяла кулинарную книгу и принялась листать ее, выбирая, что бы такое интересное приготовить на ужин. Когда я раздумывала о возможных вариантах, в кухню зашла Саванна, взяла стакан из кухонного шкафа и налила себе молока. Дверца шкафа заскрипела, и зашуршал пакет.

– Не ешь сейчас печенье, – сказала я. – Ужин через полчаса.

– Полчаса? Я не могу ждать… – она замолчала. – Пейдж?

– М-м-м? – я оторвала глаза от кулинарной книги и увидела, что Саванна выглядывает из-за кухонной двери и смотрит в окно гостиной.

– Что это за люди встали лагерем у нас на лужайке перед домом?

Я склонилась в сторону гостиной и тоже посмотрела в окно, затем захлопнула кулинарную книгу и пошла к входной двери.

– Что происходит? – спросила я.

Мужчина с видеокамерой сделал шаг назад, направляя на меня видоискатель. Нет, не мужчина, мальчишка, лет семнадцати-восемнадцати.