Граждане Ист-Фоллса лишь полдня терпеливо сносили нежданное бедствие, казавшееся похуже нашествия саранчи, а затем отправились в свои дома, заперли двери и отключили телефонные аппараты. Таким образом, представителям СМИ не удавалось взять ни у кого интервью. Затем, когда пришло время ужина, никто из прибывших не смог найти ни одного открытого ресторана в радиусе двадцати миль от Ист-Фоллса. Даже бакалейная лавка и галантерейный магазин закрылись раньше обычного. Когда прибывшие попытались найти места для размещения на ночь, оказалось, что во всех мотелях, гостиницах, пансионах в округе нет свободных мест.

Люди, конечно, могли поехать в Бостон, чтобы поужинать там и разместиться на ночь – если у них хватит бензина. Все местные автозаправочные станции закрылись в девять. Это не остановило самых отважных репортеров и страстных любителей упиваться чужим горем, и они остались, но большинство решило, что все-таки делать этого не стоит. Никто не дает интервью. Я не выхожу из дома. Мертвые на местном кладбище не встают. По большому счету в Ист-Фоллсе смотреть нечего. Во всяком случае, пока.

– Это все чушь, – заявила Саванна, смахивая бумаги на пол. – Люди не уезжают из-за этого. Они уехали из-за меня, из-за моего заклинания.

– Может, твое заклинание и испугало нескольких, – заметил Кортес. – Но при обычных обстоятельствах случившееся только усилило бы интерес общественности. Да, некоторые бы уехали – те, кто стали жертвами, и те, кто не принимал активного участия в насилии. Но заклинание на бесчинства обостряет тенденции к насилию. Те, кто получили удовольствие, выплеснув эмоции, остались бы. И появились бы другие – те, кто надеялся бы на повторение. Без этого всеобщего запирания дверей ситуация бы только ухудшилась. Я знаю, что ты не понимаешь всех последствий использования этого заклинания.

Саванна недобро прищурилась.

– Я точно знала, что делаю, колдун.

– Не смей так с ним разговаривать, – сказала я. Кортес поднял руку.

– Ты не понимала, Саванна. Я это знаю. Никто не заставляет тебя отвечать…

– Но это сделала я! Я от них избавилась! Я! Вы, вы двое совершенно не представляете… – она схватилась за скатерть, дернула ее на себя и тарелки разлетелись по полу. Затеи она развернулась и с гневным видом вылетела из кухни.

Когда я встала, чтобы идти за Саванной, позвонили в дверь.

– Проклятье! – воскликнула я. – Неужели это никогда не закончится?

– Давай я открою. А ты пока просто не обращай на Саванну внимания.

Он направился к двери, а я последовала за ним.

– Доброе утро, полицейский, – поздоровался Кортес.

Я начала сползать по стеке. Что еще? За последние несколько дней я видела больше полицейских, чем в еженедельной программе «Закон и порядок», которая идет по выходным.

– К вам из отдела соцобеспечения, – послышался голос. – Они пришли к мисс Винтербурн. Я решил, что, наверное, лучше проводить их до дверей.

Что сейчас может быть хуже, чем появление полиции? Появление представителей организации, заботящейся о благополучии ребенка.

– Если не ошибаюсь, вы договаривались на вторую половину дня, – заметил Кортес. – Мы ценим вашу заинтересованность в благополучии Саванны, но я все-таки должен попросить вас прийти в оговоренное время. Вчера вечером тут произошел некий инцидент, сложилась очень неприятная ситуация, и как вы можете представить, у моей клиентки была трудная ночь и она еще не готова принимать посетителей.