|
Это дало дополнительный стимул. Возможно… это и есть то определённое «Владение», про которое говорилось в зашифрованных свитках и писаниях. Его зачатки. Посмотрим, к чему это приведёт. Мне даже самому интересно!
Возле дома посторонних не было вообще. Воины, которые были выделены Советниками и Гитом, как от меня, возвращались домой. Многие довольные, делились впечатлениями, рассказывали, что видели и сколько зарубили. Врали, понятное дело, но кто теперь разберёт? Что было, то прошло. Никто на самом деле не считал, сколько было культистов. Так что… со временем может даже оказаться так, что «Астер и доблестные защитники города спасли Спарту от миллиона кровожадных и безумных тварей, которые предали человечество!» Будет… забавно.
Дома первым делом я завалился жрать. Уже был обед, а если учитывать тот факт, что я даже не ужинал и не обедал аж вчера, а моё тело требовало действительно много энергии… то жрать хотелось невероятно сильно. Так что… я даже не обращал внимания на то, что лежало предо мной. Я просто поглощал. Главное, чтобы было съедобным. На это организм как-то реагировал. Фильтр был включён.
— Ну ты и проглот, — уселась напротив меня Ника. — Устал?
— Чертовски, — кивнул я. — Всё с самого начала пошло через одно место. Но ладно, хоть смогли выправить ситуацию. Но Спарта долго будет окончательно вставать на ноги.
— Это уже не наша забота, — эгоистично проговорила она, но попала в самую суть. — Мы своё дело сделали. Прибыли вовремя, помогли остановить культ, помогли сломить их на последнем этапе. Ибо если бы не мы, отвлекающие отряды не были бы такими большими, и спартанцы не обладали бы таким потенциалом в защите. А восстановление… кто мы такие, чтобы восстанавливать город? Тут полный спектр Советников государственного уровня, которые подчиняются только царю и сами могут отдавать приказы. Пускай разгребают то, что упустили. У нас вроде как свои дела есть. И я хочу побывать… дома.
Я её прекрасно понимал. Нет ничего лучше скалистого берега возле нашего дома. Нет ничего лучше запаха свежих булок на рынке, который смешивается с солью моря и свежестью леса. Нет ничего лучше шума тихого бриза, лёгкого ветерка, который помогает расслабиться. Нет ничего лучше дома… который у нас отняли.
Мне тоже хотелось вернуться в Артоскопеион, хотелось увидеть, как он преобразился, что там нового появилось. Ведь мы сделали многое, чтобы город жил и процветал… помогли ему выстоять в том ужасе, который обрушился на него. К слову… сейчас в Спарте мы предотвратили сценарий, который разрушил мой город. И я считал, что мы действительно молодцы. Все мы. Не только наш отряд.
Мы ещё некоторое время беседовали, потом к нам начали присоединяться остальные. Даже Медуза, которая, казалось, на последнем этапе не принимала участия. Но, по сути, в какой-то момент она даже спасла нас. Её магия от Зевса вместе с магией Палиаса сделали чудеса. Она действительно выжигала тварей, предателей десятками за одну наэлектризованную стрелу. Но она честно призналась: каждый выстрел давался ей с болью. Она не хотела войны.
— Никто не хотел войны, — склонив голову, мрачно начал говорить Палиас. — Никто. Но война сама к нам пришла и хаос с раздором принесла. И это не боги или воплощения. Это наша реальность. Чёртовы забытые начали манипулировать сознанием тысяч, начали использовать их против нас. Они атаковали разными способами уже несколько городов…
— Пять, — тут же поправил я Пала. — Артоскопеион, Спарта (её дважды), Мессена, Пилос и Олимпия. А если ещё считать осаду Коринфа афинянами, которые атаковали как нельзя для себя кстати, блокаду Аргоса и Тиринфа… то сразу становится их восемь. Только Микены чудом остались нетронутыми. Но там, если верить Артамене… много диверсантов оказалось. |