— Было бы лучшим для тебя… Шарисса! Остановись! Слишком поздно. Шарисса рванулась мимо одного из стражей госпожи Альции и помчалась к двум воинам, тащившим неподвижного человека.

— Эй, вы, там! Остановитесь! Немедленно!

Все еще держа своего пленника, Тезерени обернулись, чтобы увидеть, кто кричит. Они взглянули на неуклюжую фигуру в белом, а затем — друг на друга. Один потянулся к мечу, но второй покачал головой и сказал что-то, но Шариссе не удалось разобрать что.

Люди госпожи Альции, вне сомнения, находились уже позади нее, но Шариссу это не волновало. Ей надо было видеть, кто же это и жив ли еще этот бедняга. И более всего ей надо было видеть, тот ли он, о ком она подумала.

Когда она приблизилась к ним, стражи безразлично посмотрели на нее и кивнули. Когда она попыталась поднять голову жертвы, чтобы увидеть лицо, никто ее не остановил. Позади нее нарастал звук тяжелых шагов. Сомнений не было. Различия, конечно, были, но он явно принадлежал к эльфам.

Судя по пятнам крови и ушибам, он отказывался отвечать на вопросы. Шарисса взглянула на двоих охранников, но ее яростный взгляд оставил их равнодушными.

Эльф начал кашлять. Его красивые миндалевидные глаза открылись, и в них появились слезы. Ему потребовалось некоторое время, чтобы сосредоточить взгляд, и, когда ему это удалось, он, похоже, удивился.

— Даже… даже среди тех, кто воплощает смерть, есть… есть красота. Невозможно… поверить, что у вас такое каменное сердце.

Он принял ее за одну из Тезерени.

— Я не…

— Вам следует теперь возвратиться с нами обратно, госпожа Шарисса, — произнес холодный женский голос. Телохранители госпожи Альции встали по обе стороны Шариссы. Эльф снова закашлялся, но продолжал пристально смотреть вверх, хотя движения явно причиняли ему боль. Он с интересом взглянул на стражей, затем перевел взор на Шариссу.

— Госпожа моя, — упрашивала телохранительница, — не стоит интересоваться этой тварью.

Как будто по команде, два воина, державшие эльфа, повернули его и снова потащили свою добычу прочь. Шарисса попыталась последовать за ними, но телохранители задержали ее.

— Он входил в группировку эльфов, которые стремились исподтишка атаковать нас и уничтожить. С помощью демона мы обнаружили их и захватили врасплох.

— Вы заставили Темного Коня помочь вам уничтожить их? — Волшебница усомнилась, что дело выглядело именно так, как утверждала властительница Тезерени. Вероятнее всего, эльфы пытались разведать, что это за крепость. И все же — что за дела были у группы эльфов на восточном континенте, когда…

— Я вижу по твоим глазам, что ты наконец поняла. Я некоторое время сомневалась, хорошо ли работает у тебя голова. — Госпожа Альция кивнула, и улыбка на ее лице сделалась почти такой же, как и у ее мужа, когда тому что-то удавалось. — Да, это и в самом деле Драконье царство, Шарисса.

— Как вам удалось… И снова — это Темный Конь! Всем, что вам удалось, вы обязаны ему! И вы же до сих пор не привели меня к нему! Он мертв? Изранен?

По сигналу повелительницы телохранители вежливо, но твердо повели сопротивляющуюся Шариссу обратно к крепости. Госпожа Альция по-прежнему вела себя так, как будто они с Шариссой — дружелюбно настроенные спутницы.

— Как убить то, что, как на него ни посмотри, нельзя назвать живым? Его удалось усмирить — но не больше/ чем любого другого непокорного подданного. Когда он хорошо выполнит то, что от него требуется, то будет вознагражден.

— Вознагражден? — Что могли Тезерени предложить призрачному скакуну из желаемого — кроме свободы?!

— Мы хотим, чтобы он принял участие в делах клана, — того же, чего хотим и от тебя.