На берегу небольшого залива его ждало ещё одно удивительное открытие. В тёплых водах залива кипела куда более бурная жизнь, нежели на островке, названия которого он так ещё и не узнал из-за своей лени. На розовато-белый, крупный коралловый песок набегали небольшие, кристально чистые волны. Буквально весь залив порос ярко-красными ветвистыми кораллами и водорослями с длинными, кудрявыми листьями, среди которых непрерывно сновали крупные рыбы, здоровенные креветки и прорва какого-то другого мелкого морского зверья.

Самыми же удивительными созданиями на Сиспиле оказались арнисалы, довольно большие существа, одновременно похожие на здоровенных лягушек с косматыми круглыми головами и толстые, широкие и плоские мясистые листья. Сверху желто-зелёные, снизу серебристые, длиной около метра, они шустро плавали по поверхности залива, по-лягушачьи отталкиваясь от воды своими толстенькими, длинными лапками с ластами, опустив вниз длинные, мускулистые передние лапки с цепкими коготками. Ими они хватали всяческую мелкую живность, подтаскивали её к маленькому рту на круглой, уплощенной головке и быстро высасывали из своей добычи кровь.

Из подобных существ как раз и произошли арнисы. Стос не поленился вырастить себе жабры и, внимательно наблюдая за арнисалами, провёл под водой часа три вместе с Пейри, которая всё это время обнимала его за шею и плотно прижималась к спине. Это далось ей нелегко, так как в воде энергид всё-таки вытекал из её тела, но Стос постоянно вливал в неё питательную энергию и потому она видя то, с каким вниманием тот изучает арнисал, смогла перенести это.

Уже в сумерках они выбрались на берег. Пейри в полумраке чувствовала себя не очень комфортно и Стос позвал на помощь своего верного друга Моню, чтобы тот организовал на берегу соответствующую иллюминацию. Находясь под водой и сканируя арнисал вдоль и поперек, он обратился к своему информаторию и успел не только узнать о них многое, но понять, чем они могли помочь ему и Пейри. К ночи все арнисалы стали сбиваться в большие стаи, замерли и действительно сделались очень похожими на сердцевидные листья растений.

Стосу пришлось подождать, когда арнисалы перестанут дёргаться и уже в кромешной тьме он пошел на охоту. Выбрав самого большого и толстого арнисала, он прогрыз его плотную кожу зубами и попробовал на вкус его плоть. Арнисал оказался очень сочным и походил по вкусу на густой, волокнистый персиковый сок. Видимо в том, что Лулуаной так нравился сок этих плодов, было нечто большее, чем просто прихоть молодой девушки. Высосав из этого фруктозверя литра три густого, словно мед, сока, он перешел к другому.

За последние два года он из-за Лулу приобрёл просто феноменальную способность поглощать съестное в огромных количествах. Однако, на сок арнисалов он налегал не столько потому, что тот был вкусным, а ещё и потому, что он был очень похож на тот самый псевдожир, протоплазму, состоящую из стволовых клеток, из которой ему было так легко выращивать внутренние органы, кости и мышцы для всех своих прежних пациентов. Желание поскорее приступить к созданию тела для Пейри привело к тому, что он всосал в себя литров семьдесят этого сока и его уже стало просто тошнить от привкуса персиков во рту.

Так что из воды выбрался изрядно округлившимся, но арнису куда больше напугало не это, а то, что он волок за собой двух здоровенных, жирных арнисалов. Подтащив свою добычу поближе к сердоликовой девушке, он сказал ей усталым голосом:

— Пейри, девочка моя, ляг, пожалуйста, на спину, я намерен немедленно начать твоё преображение.