Это предложение не очень-то понравилось Стосу и он, подумав, сказал об этом несколько иначе, поскольку опасался сразу же просто взять и отказать двум этим зловредным девицам:

— Девочки, я думал об этом совсем по другому. Эллис передаст эти знания Резине, тот научит тантрическому сексу и всему, что из этого происходит Ольхон, а та уже, передаст эти знания Вилли. Ну, а дальше, как Бог на душу положит.

Лулу на это просто промолчала, а Эллис, издевательски расхохотавшись, тут же разбила все его хилые умозаключения в пух и прах, громко воскликнув:

— Стас, пойми, да это же просто смешно! Ну, подумай сам, где ты, умница, тонкий и проницательный человек, настоящий мужчина, самый великолепный любовник, и где Резина. Нет, знаниям, полученным от Ольхон, этот кобель, конечно же, сможет найти достойное применение, как для того, чтобы лечить себя без врачей, так и для кое-чего другого. Но я очень сомневаюсь, что он сможет передать их кому-либо, даже той же Ольхон. Поэтому ничего не бойся и отнесись ко всему так, как к этому и нужно относиться, — представь себе, что ты жрец, обладающий тайным знанием, а Ольхон жрица, которая пришла в твой храм для того, чтобы получить от тебя эти знания. Ну, а потом мы с ней тихонько, не спеша, и очень аккуратно, переспим со всеми остальными нашими друзьями по "Здыму" и никто и ни о чём не станет болтать. Уж это я тебе гарантирую. Ну, а с Резиной я пересплю с первым и передам ему все наши знания, чтобы потом твой сын думал, что это он научил Ольхон тантрическому сексу и не мешал ей, изредка, учить некоторых ребят. Да, и вот ещё что, Стасик, тебе стоит подумать и о том, чтобы сделать хороший подарок своей бывшей жене. По-моему, это будет кстати и я постараюсь всё устроить тонко и деликатно. Ну, и у меня будет к тебе одна очень большая просьба. У меня есть подруга, которая, в отличие от меня, так и не отказалась от занятий йогой, хотя это ей так ничего и не дало, и я буду очень тебе благодарна, если ты передашь и ей все наши знания. Что ты на это скажешь, Стасик?

Относительно последнего Стасик ничего не имел против и был готов трахнуть хоть десять подружек Эллис, но к тому, что он должен переспать с Ольхон, относился резко отрицательно. Это он считал не просто аморальным, а гнусным. Пытаясь сохранить своё реноме, он выбросил последний козырь, сказав арнисе:

— Лулу, ты помнишь спину Резины? Когда он был у нас позавчера и принимал ванну, то ты сама обратила внимание на то, что у него вся спина была исцарапана так, словно он повстречался с рысью. Жаль, что Эллис этого не видела. Так вот, Лулу, это всё проделки Ольхон. Она у него такая страстная, что когда они занимаются сексом, то впивается в его спину ногтями и до крови её расцарапывает. Надо будет мне как-то ему посоветовать, чтобы он надевал на себя кожаный жилет, прежде чем ложился с ней в постель. Так что, Лулу, ты лучше представь себе, каково тебе придется быть с нами в постели третьей, ведь это тебе не Эллис, а настоящая тигра. Ну, как, дорогая, ты согласна, чтобы я переспал с этой экстремалкой?

Лулу тотчас взвыла во весь голос:

— Да, ты что, Стос, с ума сошел? Конечно же нет! Меня и от вашего-то, так называемого, мягкого секса, тошнит. Нет, Эллис, ни за что! Я никогда не соглашусь, чтобы меня в теле Стоса царапали ногтями. Вы меня этим просто убьете. Разве ты не понимаешь, дорогая, что арнисы существа с совершенно иной психикой, которая полностью отличается от вашей. Поэтому нужно придумать что-то другое.

Эллис громко рассмеялась и сказала пугливой арнисе мирным и доброжелательным тоном:

— Лулу, милая, успокойся. Стас просто пугает тебя. Разумеется, тогда, когда он станет передавать Ольхон наши знания, в постели не будет места грубому, чувственному сексу.