И кое-где еще. Отцу Мэри он и то задолжал довольно приличную сумму.

— Мы должны продать серебро и белье.

— И кто же даст нам хорошую цену за эти вещи в такой глуши?

— Но не можем же мы продать карету. Это поставило бы нас в безвыходное положение. Так же, как чемодан с вещами. К тому же это было чересчур опасно. — Джона развеселило, что Ньютон тревожится по поводу невозможности что-либо продать. Ему самому это казалось лишь маленьким недоразумением.

— Сначала мы одолжим денег у Крампа, — сказал он.

Так они и поступили днем позже, в Грасмире, и как раз вовремя, поскольку мистер Крамп уже совсем было собрался без малейшего сожаления покинуть Озерный край и сесть на корабль до Ливерпуля, чтобы присмотреть за своим торговым делом. Миссис Крамп намеревалась остаться и поселиться по соседству. Мистер Крамп с большой охотой согласился дать Александру Августу кредит, на самом деле уже второй, при этом совершенно не оговаривая суммы, и на любых условиях. Уж он-то прекрасно понимал, насколько неудобно джентльмену остаться на мели в такой глухой провинции, как Озерный край. Однако ж сам Хоуп подозревал, что такое рвение торговца вызвано не намерением услужить доброму другу, а скорее меркантильными соображениями. Данная взаем сумма скорее напоминала взятку, дабы обеспечить в дальнейшем приятную компанию миссис Крамп, которая, не сойдясь характером с местными дворянам, более всего нуждалась в ней. Но к великому разочарованию коммерсанта, присутствие двух джентльменов за столом во время чая оказалось единственной выгодой, которую он успел получить. Немедленно после этого двое мужчин распрощались. Мистеру Ньютону следовало ехать.

Ньютон, вынужденный составить компанию Хоупу до самого Кесвика, только теперь осознал, сколь велики траты любого путешествующего джентльмена, если он, конечно, желает сохранить свое реноме.

— Мне необходимо довести дело до конца как можно быстрее, — сказал Джон. — Если понадобится, я увезу ее в Шотландию. Но как только я сделаю ей предложение и, что еще важней, едва эта новость достигнет полковника Мура, он тотчас же установит за мной ежеминутную слежку. Я с самого начала полагал, что дело окажется куда более сложным, нежели мы надеялись. Я представления не имел, сколь утомительной и скучной окажется эта роль путешественника по Озерному краю, от которого Александр Август уже давно устал. Мур спустит всех своих легавых с поводка. Я и так слишком долго умудрялся водить всех за нос; я избегал приглашений под малейшим благовидным предлогом; я посещал церковь, но не модную церковь, где собирается все общество города, и только в те часы, когда в ней нет прихожан. Я наотрез отказывался от прогулок по озеру в определенное время и предотвращал какие бы то ни было комментарии в свой адрес, если мог, но… мне нужны письма, и мне необходима свобода, чтобы передвигаться достаточно быстро, и, говоря откровенно, Ньютон, ты отнимаешь слишком много моего драгоценного времени. — Он помолчал. Ньютон, чье настроение стало резко портиться по мере того, как у Хоупа оно поднималось, теперь снова впал в тревожную настороженность, присущую разве только монстрам, которая при других обстоятельствах не на шутку напугала бы его друга. Но здесь Хоуп чувствовал свое превосходство, и он потянулся обеими руками и, ухватив Ньютона за костистые худые плечи, крепким мужским движением встряхнул его. — Ты — настоящий оратор, к которому прислушивается аудитория, Ньютон. С тобой гораздо интересней, чем с кем бы то ни было еще, и я не могу избегать тебя. Во мне весьма сильна склонность подчиняться тебе, когда ты находишься рядом со мной. Без сомнения, иногда я предпочитаю идти своим путем, несмотря ни на что. Знаю, это вызывает даже некоторое восхищение, но в такие тревожные времена, как теперешние, мне бы захотелось каждый свой шаг оговаривать с тобой, а это требует времени.