янтарем отливало в бутылочном темном стекле.

Невесомые пальчики липы над нами порхали…

на ладони мы смысла не видели даже сейчас.

А глаза до краев наполнялись прозрачной лазурью.

Я срывала цветы и плела от безделья венок.

Мы лежали в траве. Одуванчики мятые никли.

Как непризнанных гениев много их было вокруг…

2007

ОТКРОВЕННЫЙ РАЗГОВОР

1

Травинки с граблей падая на стог

Одна к одной ложатся на покосе…

Ты видишь? Жизнь – как срезаный цветок.

Ведь каждый смерть в себе с рожденья носит.

А вечность – взмах в полете мотылька…

Так хрупки крыльев тонкие мембранны!

…сухая материнская рука

моей руки касается…

Так странно:

обычным был тот день последней встречи,

о пустяках велись каких то речи,

и помню даже вышла я в тот вечер

от мамы очень рано, куда то торопясь,

не зная, что простились мы навечно…

2

Ты счастлив?

Счастье – память о былом.

Лишь миг спустя поймешь его…

А впрочем… и жизнь пройдет. Прогноз, увы, не точен.

В графине роза над моим столом черна в прозрачной раме белой ночи.

Ты видишь?

Время – это лепестки.

С цветка они осыпались сухими.

Хорошими или плохими воспоминаниями…

Ни тоски, ни боли нет.

Картинки, и не боле.

…два силуэта где то вдалеке…

И сердце вдруг вспорхнет как будто снова!

Ты веришь?

Я шагаю налегке.

Без памяти, имущества и крова…

2011

КАК ПРАВИЛЬНО ХРАНИТЬ ИНФОРМАЦИЮ

Со всеми стихами куда то пропала тетрадь?

А с лучшей строкою в кафе позабыта салфетка?

Бывает.

Лишь душу поэта нельзя отобрать –

напишешь ещё. Не грусти о потерянном, детка…

Бумага горит, а коррозия портит металл.

Поэтому я размещаю поэзию в блогах:

Ведь если пропавшие строки хоть кто то читал,

То стих не погиб –

он хранится на диске у Бога.

2013

СТАРЫЙ ХИМИК

Я блужаю впотьмах, как и всякий, кто истину ищет,

собираю по крохам от всех её словно нищий,

в небесную чашу стучусь, в золотое днище,

занимаясь йогой, пытаюсь сделаться чище…

…но мне снится, как я вливаю в себя винище,

бокал за бокалом, морщась и чуть дрожа.

Я, дух укрепляя, стараюсь подняться рано

утром, когда такая чистая прана,

в четыре часа, и не спит разве только охрана

да старых химик с четвёртого этажа.

…но мне снится и в эту куцую ночь летом,

что я набиваю трубку, назло обетам;

наполняются лёгкие дымом, а разум – светом,

каждая клеточка тела зажмуривается при этом,

благоговейно отдав себя в руки Джа.

И однажды пойму я, что истины нет единой,

что бывает истина дымом, водою, льдиной,

горизонтом далеким – хоть жизнь напролет иди, но

никак не дойдешь

до небесного рубежа…

А старый химик всю ночь просидит на корточках

на лестнице, весь в морщинках как в тонких чёрточках;

он будет курить, дым выпуская в форточку,

где город проступит в дымке, зарю держа.