— Не надо, хорошо? Просто не надо.

— Я не пытаюсь бередить старые раны…

Она открывает глаза, и они опять полны решимости, холодные. Я никогда раньше не видел у нее такого взгляда.

— Но ты бередишь. Ты. Прямо сейчас. — Она наклоняется вперед. — Я прошла через это. Правда. Все не так, как было раньше. Я не чувствую злости или боли. И теперь, когда ты объяснился, я лучше понимаю ситуацию. Лучше для хорошего… завершения.

— Завершения? Какого хрена ты говоришь?

— Я не понимала, что тогда произошло и пошло не так, а теперь понимаю.

Я жду больше объяснений. Но она молчит.

— И это все? Это все, что ты можешь сказать?

Она моргает один, два раза.

— А что еще ты хочешь от меня услышать?

Должен признать, она меня ввела в ступор своим вопросом. Я вглядываюсь в ее лицо, пытаясь отыскать хоть какие-то признаки чувств, эмоций. Все, что может мне хоть как-то подсказать и помочь.

— Я все время вспоминал о тебе. А ты хоть думала обо мне?

Она смотрит вниз на стол.

— Я все время вспоминала тебя.

Да. Я знал это.

— Точно?

Она едва пожимает плечом или не пожимает, может мне показалось.

— Конечно. Я бы не сказала, если бы этого бы не так.

— Тогда ты не можешь притворяться, что находясь здесь со мной, тебе все равно. Судьба свела нас здесь, разве это ничего не значит?

— Да, значит. Значит то, что все было ужасно тогда, когда я решила, что неправильно тебя оценила. Что ты не хотел со мной встречаться. Что ты получил то, что хотел и двинулся дальше. Что ты не мог предположить, что я смогу заявиться в отель. — Она пожимает плечами. — Мне потребовалось много времени, чтобы забыть тебя. Потом я повзрослела. И поняла, что это была часть моей жизни. Боль, через которую мы должны пройти, чтобы стать теми, кем являемся сейчас. Все в прошлом. Мне жаль, что все так вышло, вышло для тебя, твоего друга и нас, но такова жизнь. Мы не можем ничего изменить.

Я во все глаза смотрю на нее. Она не серьезно это говорит. Мы не можем быть в прошлом. Я отказываюсь это признавать. Мы случайно столкнулись друг с другом, и нам представился второй шанс, который мы заслуживаем.

Колокольчик на двери звенит, она подпрыгивает на месте, тут же поворачиваясь к двери, и снова я вижу страх в ее глазах, но он моментально исчезает, мне даже кажется, будто он привиделся. Но нельзя выращивать и заниматься с лошадьми без повышенной интуиции. Что-то здесь не так. Интересно, кого или чего она так боится?

Глава 21

Иззи

Детка, могу я обнять тебя сегодня ночью?

Я даже не слышу, что он говорит от звука быстро бьющегося сердца, которое стучит, как барабан в оркестре и его стук отдается у меня в ушах.

Почему он опять оказался в моей жизни?

Мне не нужны эти проблемы. Целых два года я как-то обходилась без него. Он мне не нужен. Я не хочу, но ладони вспотели, и я не в состоянии контролировать свой пульс. И есть еще кое-что. Бабочки. Сотни бабочек, порхающих внизу живота. Меня начинает мутить, потому что я очень нервничаю. Я должна уйти. Он такой огромный, что его невозможно не заметить. Меня могут с ним увидеть.

— Иззи… — как бы издалека зовет он меня.

Я поднимаю на него глаза. Мне кажется я могу сидеть здесь бесконечно и смотреть в его невероятно голубые глаза. Они такие же прекрасные, как я их помню, но в них сейчас присутствует что-то еще. Печаль, перемешанная с сожалением. И от этой печали мне хочется обнять его и прижать к себе, убаюкать, как ребенка. Мы не должны находится здесь вместе, не должны.

Определенно неправильно, что во мне возникают те же чувства, что и тогда, когда я впервые его увидела, только сейчас я не могу поставить в вину алкоголь своим головокружительным ощущениям и волнению, от которого перехватывает дыхание.