Джессика кивнула, но это заставило ее почувствовать себя отрезанной от всех остальных членов семьи. Хотя, конечно, мать, то есть мачеха, просто оказывала ей любезность.

— О, Джесси, как я рада тебя видеть! — Франни обняла Джессику. — Я очень скучала. Когда ты вернулась из Вашингтона, я надеялась, что ты всегда будешь дома, и мы станем добрыми друзьями, ведь я уже тоже выросла. А потом ты взяла и влюбилась в Тревиса, хотя, конечно, он очень красивый. Если бы я была немножко старше, я бы тоже в него влюбилась, но вообще-то я никогда в жизни ни в кого не буду влюбляться, — она сколупнула глазурь с пирожного и засунула себе в рот, не подозревая, как этот жест контрастирует с ее рассуждениями.

— Догадайся, что я сделала, чтобы одурачить Гэврилла Пикеринга? Если бы он тебя нашел для того последнего танца, ты бы не целовалась на веранде с Тревисом, а потом не… ну, ладно. Услышав, что он тебя ищет, я стала угощать его пирожными, в которые добавила мамину слабительную микстуру. Я так старательно ему моргала и строила глазки, что он, бедный, не знал, что делать. Он съел все пирожные! — Франни залилась смехом. — Бьюсь об заклад, что он всю ночь просидел за домом! Ты же знаешь, у них в доме нет туалета, и он должен был… должен был… — Франни задыхалась от смеха.

Джессика тоже от души смеялась. И эта девочка называла себя взрослой? Милая Франни.

— Как ты одета? — злые глаза Пенелопы уставились на нее.

— Эта юбка для сырой погоды, — пробормотала Джессика.

— Она отвратительна! Видны ботинки.

— Она английская. Английские леди носят такие в дождливую погоду.

— Фу, она такая грязная. Как и твои ботинки. Как ты смела не явиться к чаю? Где ты была?

Джессика надеялась вернуться вовремя, но она так рада была увидеть Франни, что забыла обо всем. Она хотела проскользнуть незаметно к себе в комнату, но Пенелопа в ярости поджидала ее в холле. Делать было нечего, пришлось признаться, что она встречалась с Франни.

— С сестрой? Дочерью Энни Харт? Я запретила тебе встречаться с этими людьми!

— Но, Пенелопа…

— Ты не должна встречаться ни с Джастином Хартом, ни с его женой, ни с его детьми! Тебе понятно? Неужели ты не соображаешь, сколько мне стоила твоя свадьба, приданое… Теперь банк. Тебе никто не говорил об этом? Твой папочка, — ее голос стал ядовитым, — так рассвирепел, что угрожает вызвать в банке наплыв требований о возврате вкладов, если мы не выбросим тебя на улицу, понимаешь, на улицу, юная леди. Мы должны выкупить его акции, чтобы спасти Каттлмен от банкротства. Я думаю, что ты должна быть хоть немного благодарна. И не смей никому говорить, кто покупает эти акции! Иди, приведи себя в порядок, ради Бога! В грязных ботинках и с прилизанными волосами ты выглядишь как белошвейка. Чтобы у моей дочери был такой плохой вкус…

Глава 9

— Джесс, голубушка, проснись.

Джессика с трудом освобождалась от страшного сна — Пенелопа гналась за ней с искаженным яростью лицом.

— Джесс, что с тобой? — Тревис включил лампу. — Ты кричала.

Поскольку Тревис так внезапно разбудил ее, Джессика вспомнила свой сон со всеми его ужасными подробностями и поняла, что его причиной была вчерашняя стычка с Пенелопой, когда мать с таким презрением и неприязнью кричала на нее. Но как же сказать об этом Тревису, который приложил столько усилий, чтобы найти Пенелопу? Разве она может признаться, что собственная мать ненавидит ее?

— Мне приснился плохой сон, — Джессика заколебалась. — Я, наверное, переволновалась.