— Я на это рассчитывала.

Теперь настала его очередь замолчать. Он понял смысл сновидения лэди Эйлин. Райган, очевидно, сообщил ей про встречу здесь с девушкой. Но они не умолчали бы ему о ней, если бы Эна раньше не посвятила лорда в его «роман».

— Не хотите ли вы выбрать накидку для вашей мате­ри? — спросила Вин деловым тоном внимательной продав­щицы.

— Я… да, конечно. Что вы посоветуете?

— Одна из этих великолепно подойдет для… для дамы, какую вы описали. Ей понравится больше, я уверена, если вы сами выберете.

— Нет, я хотел бы, чтобы выбрали вы. Я уже рассказал ей про вас. Если бы не она, я так скоро не нашел бы вас. Она посоветовала мне попытаться найти вас в «Руках». Что бы вы обо мне ни думали, о моей матери у вас не может быть двух мнений. И вы не можете возражать против встречи с нею. Выберите накидку. А я приведу ее в этой накидке познакомиться с вами.

Вин посмотрела на ряд шелковых накидок, разложенных ею на широком прилавке. Точно большая тяжесть сразу свалилась с ее плеч. Стал бы такой человек, каким изобразила Эна Рольс своего брата, знакомить свою мать с при­казчицей, приглянувшейся ему? Конечно, нет. Но, может быть, он серьезно и не думает об этом… Нет, лучше избе­гать всякого личного элемента в разговоре с ним.

— Эта серебристо-серая накидка одна из самых краси­вых среди последних образцов, — стала расхваливать она свой товар.

— Отлично, если она нравится вам, я возьму ее. Ска­жите мне, как вы повредили себе руки.

— Тут нечего рассказывать, — снова обрезала его Вин. — А потом, ведь я уже сказала вам, что не хочу говорить о самой себе.

Ее взгляд еще больше, чем слова, заставили Питера за­молчать. В течение нескольких секунд положение спасала накидка. Но оно становилось натянутым. В интересах бу­дущего ему надо было уходить, и Питер, действительно, ушел. Он отправился домой в виллу «Морская Чайка», чтобы поговорить с отцом.

Глава XXIV.

Отец и сын.

Когда Питер вернулся домой, отец его был у себя в би­блиотеке. Сюда не разрешалось входить, не постучав пред­варительно.

— Что тебе? — спросил старик сына.

— Мне надо поговорить с вами, отец, — ответил Питер. — Надеюсь, я не помешал вам?

— По утрам я ведь занят. Хотя я и не посещаю мага­зин, я должен читать доклады Крофта и следить за ходом дела.

— Как раз о магазине я и хочу говорить.

— Что хочешь ты сказать о «Руках»?

— В этой самой комнате я обещал вам не вмешиваться в дела «Рук», — напомнил Питер. — Но я хотел бы теперь, чтобы вы освободили меня от этого обещания.

— Ничего подобного! — вскричал Питер-старший. — Что это значит?

— Я хочу работать. Я пробовал разное, но мысли мои всегда возвращаются к «Рукам». Я горжусь вашим успе­хом… Мне хотелось бы развить его и двинуть дело еще даль­ше. У меня имеются свои идеи…

— Не спорю, у тебя есть идеи и при том чертовски глу­пые, — грубо отозвался старик. — Я совсем не намерен при­менять их в своем деле, пока я жив.

— Позвольте мне ознакомить вас с некоторыми из них, а потом уж осуждайте, — уговаривал сын.

— Нет, я не хочу тратить время на подобные ребяче­ства, — ворчливо возразил Питер старший. — Ты лучше за­нялся бы чем-нибудь другим вместо того, чтобы надоедать мне первой пустяшной идеей, пришедшей тебе в голову.

— Для меня это не пустяки. Это настолько серьезно, что, если вы откажетесь допустить меня к вашему пред­приятию, на любую, хотя самую ничтожную должность, я должен буду начать самостоятельную деловую карьеру.