- Конечно! Прошу вас.

И метрдотель, делая любезные жесты и принимая изысканные позы, проводил нас к столику.

Мы сели напротив друг друга, и тут же перед нами появился роскошный бювар, вполне подходивший для того, чтобы вложить в него, например, договор о вечном мире и сотрудничестве между Китаем и Канадой.

Открыв бювар, Артур сказал:

- Только последние хамы дают дамам читать это. Я сам закажу для вас еду и питье. Согласны?

- Согласна, - ответила я, - но только пусть сразу принесут сигареты. Обычные "Мальборо".

Метрдотель почтительно стоял в двух шагах и, услышав мою реплику, что-то прошептал в воротник. Секунд через двадцать около столика из воздуха образовался молодой официант в белых чулках, синих бархатных панталонах до колен и в сюртуке. Он положил передо мной сигареты, подвинул поближе пепельницу и исчез так же, как и появился.

- Вино… Красное "Кьянти", - произнес Артур.

Его слова вдруг больно ударили меня в самое сердце.

Красное "Кьянти"…

Именно это вино я пила в тот самый вечер, когда Максима…

- Нет, - быстро ответила я, чувствуя, что вот-вот заплачу, - ни в коем случае. Просто - коньяк.

Артур внимательно посмотрел на меня и сказал метрдотелю, не поворачивая головы:

- Бутылку "Рэд Лэйбл". Овощи. Мясо по-гренадерски. Лимон. Гранатовый сок.

Выслушав заказ, мэтр снова зашептал в воротник.

Я,стараясь, чтобы руки не дрожали, достала из пачки сигарету, прикурила от зажигалки, которую мне поднес Артур, и жадно затянулась.

Артур тоже закурил, и, одновременно выпустив дым в небо, мы молча посмотрели друг на друга. Артур был серьезен, я - тоже.

Наконец Артур едва заметно улыбнулся углом рта и сказал:

- Да-а-а…

- Что - да?

- Сейчас мы немного выпьем, совсем чуть-чуть, а потом вы расскажете мне, что с вами происходит. Хорошо?

Я почувствовала, что мне и на самом деле нужно поделиться с кем-то. Одной - трудно. Очень трудно…

Официант принес "Рэд Лейбл", лимон и сок.

- Мясо чуть позже, - доверительно сказал он, - еще не готово.

Артур кивнул и налил по чуть-чуть виски в широкие и низкие стаканы толстого стекла. Взяв свой, он посмотрел на меня, затем сделал строгое лицо и сказал генеральским голосом:

- Ну, за знакомство!

Я невольно улыбнулась - так похоже у него вышло - и ответила: -Да, за знакомство.

Мы выпили, и я почувствовала, как жидкий огонь загорелся в моей груди.

- Сколько градусов? - поинтересовалась я.

- Не знаю, - Артур пожал плечами и, взяв бутылку, прочитал, - сорок семь.

- Ого! Я никогда еще не пила такую крепкую штуку…

- Это разве крепкая, - Артур пренебрежительно повертел бутылку в руке и поставил ее на место, - вот, помнится, сидим мы с господами офицерами в окопах, через пять минут в атаку идти, и разливаем чистый спирт. А французы на той стороне горланят - рус, сдавайсъ!..

- Какие французы? - удивилась я.

- Обыкновенные, французские, армия Наполеона. Да вы, наверное, слышали эту историю - там еще деревенька была - называлась… дай бог памяти… А! Ватерлоо!

Мне стало смешно, и я сказала: -А там случайно среди ваших такого Чапаева не было?

- Как же не было - обязательно был! Но его за два дня до того в Корею отправили. Сидней брать.

Я расхохоталась и почувствовала, что мне стало легче.

Артур пожал плечами и неодобрительно сказал:

- И ничего смешного, между прочим. Не буду рассказывать.

- Нет, Артур, рассказывайте, у вас так здорово получается.

Он сделал вид, что решает, говорить дальше или нет, потом улыбнулся и сказал:

- Ну, может быть, я потом вам еще что-нибудь расскажу… А пока расскажите-ка вы мне.