Таенн поднял руку, и провел над лицом женщины — мох вдруг разомкнулся, и Айрин испуганно вскрикнула, потому что сейчас куда-то в небо, мимо Таенна, мимо Айрин, смотрели серые глаза. Женщина под мхом была жива, но, казалось, она вовсе не замечала их двоих, словно их не существовало вовсе. Глаза медленно закрылись, мох сомкнулся.

— Здравствуй, Янина, — прошептал Таенн. — Здравствуй, пока ты еще здесь.

— Таенн, кто это? — испуганно прошептала Айрин. — Почему она лежит так? И собака…

— Пойдем, — приказал Таенн. — Увидела ты уже достаточно. Теперь пришла пора услышать.

* * *

— Янина, девочка, один из самый противоречивых людей, встреченных мною на Берегу, — рассказывал Таенн. — Янина совершила нечто такое, что в один прекрасный день успокоилась… вот так. Понимаешь ли, я привел тебя сюда из-за того, что ты, как мне показалось, попробовала пойти по ее пути, точнее, поймала ощущение начала ее пути. И я решил показать тебе ее сразу, не ждать, чтобы ты не повторила ее ошибки.

— А что эта Янина сделала? — с интересом спросила Айрин.

Сейчас она и Таенн сидели в небольшом кафе на берегу и обедали — на столе стояла супница с холодным гаспачо, рядом с ней — большая миска салата, а на жаровне неподалеку доходил на огне шашлык, который заказал Таенн. Жарил мясо улыбчивый темнокожий человек, на плече которого сидел серый попугай. Оказалось, что фамильярами бывают и птицы тоже, это удивило Айрин. Она тихонько спросила, что это за человек. Таенн охотно ответил, что это один из помощников трансфигураторов, что его зовут Ахельё, и что готовка обеда для желающих — это у него такое развлечение. Просто человек, который любит готовить, и с удовольствием этим занимается.

— Так что она сделала? — переспросила Айрин.

— Она убийца, — объяснил Таенн. — Действительно, редкий случай. Она помнила про себя почти всё, и охотно говорила об этом, пока еще была способна говорить.

— И кого она убила?

— Двоих девочек-подростков, — Таенн зачерпнул салата большой деревянной вилкой, и переложил на свою тарелку. — Начиналась вся история довольно тривиально. Янина, будучи молодой, влюбилась в какого-то человека, но он предпочел ей другую женщину. Моложе, красивее, плодовитее. Обычное дело, согласись. Та женщина родила этому мужчине двоих детей, девочек, а Янина… ждала. Знаешь, люди иногда перегорают, как лампочки, и любовь Янины перегорела, осталась только лишь одна ненависть.

— К тому мужчине?

— Само собой. А так же к тем, кого она сочла, и совершенно справедливо, губителями ее счастья. А именно — к жене и дочерям объекта ее сначала страсти, а потом ненависти, — Таенн захрустел салатом. — Ммм, божественно! Еще бы лимончика… Ахельё, кинь лимона половинку! Благодарю!.. Так вот, Янина придумала отличный, по ее мнению, план мести: решила уничтожить обеих девочек. Тринадцати и пятнадцати лет. Поймала их, обколола чем-то, вывезла за город на своей машине, и там убила сначала младшую на глазах у старшей, а затем и старшую. И вернулась в город. И в тот же вечер ее разбил инсульт. Так что местью она насладиться толком не успела, ведь ее коварный план подразумевал наблюдение за мечущейся в панике семьей, слезами матери, и горем отца. Но у проведения своеобразное чувство юмора, как ты уже догадалась, и Янина оказалась тут, на Берегу. Подозреваю, что тело ее лежит в каком-нибудь приюте, и лежать будет еще довольно долго. Ведь на момент преступления ей было совсем немного за сорок. Забавно, правда?

— Не вижу ничего забавного, — покачала головой Айрин.