|
Я скольжу ладонями по ее спине, поднимая ее одежду, и наклоняюсь, чтобы поцеловать Дез в шею. Она запрокидывает голову, подставляя мне горло, и я целую ее там, а потом ниже и ниже до V образного выреза. Не в состоянии больше ждать, стягиваю ее футболку через голову и бросаю на пол. На ней фиолетовый шелковый бюстгальтер с белым кружевом вдоль верхнего края чашечки, из которой соблазнительно возвышается загорелая грудь. Лифчик я пока не снимаю, а покрываю поцелуями ее декольте и дальше живот, опускаясь на колени.
Ее руки пытаются остановить меня, когда я отстегиваю кнопки джинсов и тяну язычок молнии вниз. – Адам... что ты… что ты делаешь? Я улыбаюсь, пока зацепляю пальцами джинсы и стягиваю их вниз. Джинсы выворачиваются наизнанку, и она освобождается от них. Я отпихиваю одежду в сторону, обхватываю сзади ладонями ее ноги, скольжу вверх по бедрам и ласкаю мягкий упругий шелк ее фиолетовых трусиков с белым кружевом вокруг талии. – Я рада, что надела сегодня этот комплект, – бормочет Дез. – Он единственный, что у меня есть, и я ношу его только потому, что все остальное белье грязное, а я не пошла в прачечную, но… Она говорит бессвязно из за своей нервозности, что мило, но не похоже на нее. – Дез. – Да? – Заткнись. – Когда она хмурится, я улыбаюсь в ответ. – Ты сексуальна. И, честно говоря, мне плевать, какое белье ты носишь. Не имеет значение, стоит это пятьдесят долларов или тысячу. Для меня главное – все, что находится под ним. Я оттягиваю вниз резинку на ее правом бедре на дюйм или два и целую обнажившуюся плоть, скольжу пальцем по животу ниже пупка к другому бедру и стягиваю трусики и с него. Она перестает дышать, ее руки скользят по моим волосам, пропуская сквозь пальцы мои короткие черные пряди. Нежно стягиваю дальше трусики, и когда обнажается ее левая тазовая кость, мои губы щиплют ее кожу, а пальцы переходят по животу прямо чуть выше ее лона. Я опускаю шелк на ее правом бедре. Медленно делаю это снова и снова, дразня, пока из под трусиков не появляются лобковые волосы. Ее пальцы застывают, ногти впиваются мне в кожу головы. Она задыхается, а я хватаю указательными пальцами обеих рук резинку трусиков на ее бедрах и стягиваю их одним быстрым движением. – Адам... – Это пентхаус, – говорю я ей, – а под ним нежилой этаж. Дез хмурит брови, когда я бросаю на нее быстрый взгляд. – И что? Смотрю в ее глаза и касаюсь губами сначала лобка, а потом ее бедра. – Не стесняйся кричать так громко, как хочешь. Я поглаживаю носом внутреннюю сторону ее бедра, заставляя ее раздвинуть их шире, а затем погружаю язык в киску, нахожу твердый маленький клитор и медленно кружу вокруг него. – О... черт. – Постарайся не упасть, детка, – говорю я ей. – Что? – выдыхает она. Я хватаю ее левую лодыжку и поднимаю. Она переносит вес на правую ногу, и ее рука тянется к стене слева от нее. Я закидываю колено на плечо и посасываю губами киску. – О черт. Боже мой, Адам. Ее бедра подаются вперед, левая пятка вдавливается в мою спину, и Дез еще больше открывается мне. Я чувствую на языке ее мускусный и сладкий вкус. Ее руки вцепились в мои волосы, удерживая затылок, а дыхание становится прерывистым. Я не затягиваю процесс и не играю с ней. Скольжу рукой к ее попке и стискиваю одну ягодицу, удерживая ее центр против меня, затем подношу пальцы другой руки к подбородку, нахожу ее щелочку и скольжу в нее одним пальцем. Мокрая и горячая Дез плотно сжимается вокруг моего пальца. Я засовываю его внутрь, затем вытаскиваю, установив одинаковый ритм движений пальцем и языком, отчего она всхлипывает еще громче, стон срывается с каждым выдохом. Ее бедра двигаются вперед и назад, и я чувствую, как нога, на которой она стоит, начинает дрожать. |
