Господи. Что же пережила эта девочка?

Дез издает глубокий звук, сонно бормоча, и откатывается подальше от меня. И тогда я вижу еще две татуировки, выполненные тем же аккуратным, но простым шрифтом. Одна находится на другой стороне, справа на бедре, и также тянется по диагонали от местечка выше таза вверх к спине:

...где нас всегда примут,...

И да, под ней также много рубцовой ткани.

Дыхание перехватывает, сердце сжимается. Мне нужно знать.

Последняя татуировка находится на левой ноге   внешней стороне бедра   высоко, почти спрятана под выпуклостью ее ягодиц, где рубцы толще, грубее. Текст снова написан под углом, от внешней стороны бедра к внутренней с наклоном вниз:

...не задавая вопросов .

Дез переворачивается снова, и я вижу пятую татуировку на правой ноге на передней части бедра, где текст был бы скрыт любой одеждой, кроме коротких юбок или шорт. Тату самая маленькая, и тянется от передней части ее бедра в бок прямо, не под углом, как другие:

~ Майя Энджелоу

Я хватаю со стола телефон и открываю панель поиска Google. Ввожу начало цитаты, и он автоматически заполняет остальное. Я кликаю по первой ссылке и читаю цитату целиком: «Тоска по дому живет в каждом из нас   по безопасному месту, где нас всегда примут, не задавая вопросов» (Майя Энджелоу).

Тоска по дому.

Все шрамы на спине и ногах наклонены таким образом, что можно предположить, что независимо от того, как они появились, те были нанесены сверху, и Дез пыталась отворачиваться, чтобы защитить себя.

Я не могу удержаться и не провести пальцем по тексту на бедре, по рубцам под татуировкой, но Дез шевелится, моргает и видит, чего касаются мои пальцы, отчего чувствую ее напряжение.

Она широко раскрывает глаза, тщательно стирая с лица все нахлынувшие мысли.

– Адам... эти тату…

Но я прикасаюсь пальцем к ее губам, останавливая.

– Дез, я говорил, что ни о чем не буду спрашивать тебя. И не спрашиваю. Все, что хочу сказать, что был бы польщен, если бы больше знал о тебе. Если ты захочешь поделиться, то выслушаю и обещаю, что не буду судить.

Дез часто моргает.

– Бл*дь. Адам, это не так просто. Я не могу просто... поделиться . И дело не только в этом. Это чересчур... даже не знаю, с чего начать. – Она сидит, держа у груди простыню, и чувствую, как она эмоционально отдаляется. – И кроме того, ты уезжаешь... уже завтра? В понедельник?

– Завтра, – вздыхаю я.

Она кидает взгляд на часы, которые показывают пятнадцать минут первого.

– И угадай, что? Уже «завтра». Так что нет смысла начинать.

Киваю, хотя что то во мне восстает против идеи просто отпустить это так легко.

– Я понял.

– И не похоже, что ты тоже много рассказал мне о себе. Не в этом дело, Адам. Вряд ли такое когда нибудь случится. Я все понимаю и переживу это. – Дез срывается с места к краю кровати. – Мне нужно идти.

Я хватаю ее за запястье.

– Не уходи. Просто останься здесь на ночь.

Она не вырывается, но и не возвращается.

– Зачем?

Я отпускаю ее запястье и скольжу ладонью вверх по предплечью, подползая ближе к ней по кровати, а затем протягиваю руку к ее плечу сзади.

– Потому что не закончил с тобой.

Она наклоняется ко мне, возможно, невзначай.

– Не закончил?

Касаюсь губами основания ее шеи и зарываюсь пальцами в густые черные волосы, наклоняя ее голову назад, чтобы обнажить горло и поцеловать.

– Не а. Еще не насытился тобой.

Чего я не говорю, так это того, что не уверен, смогу ли когда нибудь насытиться. Прокладываю дорожку маленькими легкими, как перышки, поцелуями вдоль ее горла, пока не добираюсь до подбородка, потом до рта, а после ее язык оказывается между моими зубами, пока мои ладони находятся у внутренней стороны бедра, проникая внутрь и кружа.