Макар задумчиво осмотрел ее, но ничего не ответил, а девушка вздохнула и, покачав головой, словно раздумывая, может ли так быть, продолжила:

– Не знаю, в общем. Какое-то время мне казалось, что он и правда заботится. А потом я начала выздоравливать. Силы вернулись, я стала замечать странности. И вдруг поняла: он меня оттуда живой не выпустит. В лучшем случае – запрут в клинику. Я даже в себе начала сомневаться. Документов у меня нет. И я даже не уверена в своей нормальности.

Глава 3. Скорая помощь

Макар в задумчивости съехал на трассу согласно указаниям голоса из навигатора. Временами он бросал взгляды на свою попутчицу по-прежнему ведущую внутреннюю борьбу с Морфеем. До города, где ее можно будет высадить, оставалось минут двадцать. Ее история выглядела очень странной, но его это не касалось. Он высадит ее у полицейского участка и попросит не упоминать, как они познакомились. Если Катя скажет, что добралась сюда на случайных попутках, то ни один младший лейтенант ее слова перепроверять не станет. А никому более высокому по званию такое дело не поручат. Это и хорошо. Лишнее внимание ему точно сейчас ни к чему. Макар снова оторвал взгляд от дороги и посмотрел на девушку. Где-то в груди предательски екнуло. Каково это: жить, сомневаясь в своей нормальности и ничего не помнить о себе. Выглядит вполне обыкновенно, может только немного взволнована и явно устала. Макару захотелось ее успокоить и поддержать.

– А ты знаешь, что один ученый психиатр много лет назад провел эксперимент и уговорил абсолютно нормальных людей отправиться в разные психиатрические клиники. Что-то по типу тайного покупателя. И самое интересное, что в самых крутых психиатрических больницах не смогли разобраться и всем поставили диагнозы, упекли в психушку. Дэвид Розенхан звали врача. – Я знаю эту историю, – она изумленно посмотрела на него и Макар заметил, что ее руки покрылись гусиной кожей – Они приехали в разные больницы и все сказали какую-то глупость. – Они сказали: Доктор, я слышу голоса, которые говорят: “Плюх”. Этот “плюх” был единственным симптомом. – Плюх…, – Катя покрутила головой и потерла глаза, – Их всех упекли в лечебницы. Они должны были сразу после этого заявить, что голоса пропали и с ними все хорошо. Но ни одного из них не выпустили досрочно и всем пришлось пройти принудительное лечение от шизофрении и других тяжелых заболеваний… Их всех выписали с тяжелыми психиатрическими диагнозами в состоянии ремиссии. Никто из врачей не засомневался. Зато к этим людям в больнице подходили другие пациенты и подозревали их в том, что они лишь притворяются больными, даже говорили, что они скорее всего журналисты, которые проникли в клинику ради сенсации. Я откуда-то знаю эту историю… Макар не перебивал и Катя продолжала: Этот доктор объявил на весь мир о результатах своих экспериментов и на него обрушился шквал критики. Многие другие клиники убеждали, что они бы никогда не ошиблись и сразу бы выявили здоровых людей. Они потребовали направить к ним любое количество таких псевдопациентов. – Я не знал продолжения истории. – Через несколько месяцев представители клиник сообщили, что выявили больше сорока здоровых “засланных казачков”. Но этот доктор… как ты сказал его фамилия? – Розенхан. – Розенхан… Доктор Розенхан заявил, что вообще никого не направлял в их клинику. Был скандал… Скандал… Макар видел как взволнованно хватала воздух Катя губами и растирала худенькие кисти рук. – Откуда я знаю эту историю? – Может прочла где-нибудь. – Я не помню… Когда ты начал рассказывать, у меня пошла дрожь по телу, я ее вспомнила.