— Они?

— Приятели моего старика.

— Это была не его компания?

— He-а. Он просто подыскал мне работку. Послушай, золотко, ты скоро приедешь?

— Я не знаю. Постараюсь.

— Да-а. А мне нужно рано утром отсюда исчезать.

— Куда ты собираешься?

— Старик отсылает меня на Тайвань. Улетаю около девяти.

— Ох, нет! Когда ты вернешься?

— Когда он скажет, что я возвращаюсь. Похоже, что через несколько недель.

— Нет!

Ее жизнь уже вошла в счастливую колею работы и Стивена. Даже когда они не могли быть вместе, они долго говорили по телефону, и она начала привыкать, что так и будет, но сейчас она поняла, что он был всегда с ней, когда она этого хотела. Он звонил ей с корабля сказать «Доброй ночи!» и «Доброе утро!», и день без хотя бы одного разговора был пустым.

— Как жалко. Я скучаю по тебе. Мне так тебя не хватает.

— Черт побери. Это делает ночь еще хуже. Приходи сразу же, как только узнаешь… Если не увижу тебя, желаю счастливых снов.

— И тебе тоже счастливых снов.

Викки с нежностью положила трубку. Она уже скучала по нему и собиралась позвонить ему, чтобы сказать об этом. У нее вдруг всплыл образ перед глазами: она сама через десять лет все еще правит «Макфаркар-хаусом» в промежутках между счастливыми временами в отеле «Эмперор». Она отогнала эту мысль. Ей повезет, если она будет править «Макфаркар-хаусом» десять недель, если дела пойдут так же, как в Гонконге.

Поездка Стивена на Тайвань затянулась уже на неделю. Он звонил каждый день обычно в тот момент, когда она была занята и не могла говорить, и голос его звучал грустно и одиноко. Этот вечер не был исключением.

— Милый, я так скучаю по тебе. Я просто схожу с ума.

— Ты уже разорилась?

Она была слишком усталой, чтобы шутить.

— Что ты делаешь?

— Скучаю и злюсь.

— Когда ты собираешься возвращаться?

— Когда старик скажет. Как ты там — у вас беспорядки?

Пресса, как всегда, представила все хуже, чем есть на самом деле.

— Было немного неприятностей на Эбердин, Ноз-Пойнте и на Хэннеси-роуд в Козвэй Бэе, где спалили универмаг, принадлежащий англичанам. Но полиция быстро взяла все под свой контроль — благодаря своей оперативности, и, в сущности, на биржах все по-прежнему. Мелкие инвесторы пострадали, но не прогорели совсем.

— Ты уже поговорила со своим приятелем Цином?

Рынок недвижимости — более мрачная история, и дела становились все хуже.

— Еще нет.

Питер вбежал в офис с плохими новостями, написанными на лице.

— Извини, но мне правда нужно идти.

— Я люблю тебя.

— И я тебя тоже.

— Кто это был? — спросил Питер.

— Дядюшка Нг. Что случилось?

— «Чэртеред-бэнк» становится по-настоящему строптивым.

Этой же ночью, все еще сидя в офисе, она краем уха услышала, что Альфреда Цина видели в яхт-клубе. Она позвонила Чипу домой.

— Правильно. Влетел и вылетел.

— Как он выглядит?

— Как приукрашенная смерть.

— Я пытаюсь связаться с ним всю неделю. Спасибо, Чип.

— Желаю тебе найти его поскорее. Я не удивлюсь, если он выпрыгнет из окна.

Она попыталась позвонить ему в офис и наткнулась на автоответчик, позвонила домой — и выслушала еще один автоответчик. В «Гонконг-клубе» и «Жокей-клубе» его тоже не видели — или по-мужски прикрывают.