— Перестаньте, мама! — закричала Фиона, замахав на нее руками, словно выгоняя из кухни козу. — Хьюго, скажи своей маме, чтобы она вела себя хорошо.

— Он потребовал тебя, исключительно тебя. Предлагая слитки золота и горы нефрита. Правда, Хьюго?

— Конечно, — согласился Хьюго. — Отец уже было согласился, но я вовремя напомнил ему, что ты нужна нам как штурман и моряк.

Викки терпеливо ждала все время, пока продолжалась эта гротескная шарада и пародия на семью, которой они когда-то были.

— А Вивиан все это переводила?

Вивиан выглянула из своего своеобразного укрытия и во второй раз не смогла сдержать разъяренного пламени в глазах.

— Ей не пришлось, — выпалил Хьюго. — Говорили по-английски.

— По-английски? — эхом отозвалась Викки, но ее старший брат уже слинял куда-то под потемневшим взглядом отца.

— У них барахлит радио, — сказал Дункан. — Его барометр упал до тридцати, и вполне естественно, что он захотел узнать у нас метеосводку.

— А мне показалось, что это он сказал вам про ветер.

— Он чувствует непогоду своими костями. Просто он захотел узнать кое-какие подробности. Учитывая его кости, барометр и радио, я думаю, что будет буря. Он не собирается рисковать, отправляясь в Гонконг. И я тоже. Салли?

— Мой отец всегда говорил: единственная возможность не разбиться у подветренного берега — это не плыть к берегу.

— Ай Цзи?

— Лучше в море, тайпан.

— Отлично. Давайте все займемся делом, пока еще светло. Мамочка, как насчет горячего ужина, раз уж есть еще возможность готовить?

— Уже готовится. Фирменное мамочкино меню для тайфунов: колбаса, бобы, рис и фаршированная утка.

— Помоги нам Бог, — сказала Фиона. — Поросенок тоже бы не помешал.

Дункан Макинтош всем нашел работу. Викки должна была раздать леера безопасности всем, кто работал на палубах, и спасательные жилеты тем, кто внизу. Жилеты были предосторожностью и в то же время психологической поддержкой для неморяков, на крайний случай, а вот леера были жизненной необходимостью. Раз в каждые несколько лет кто-нибудь пропадал в море; было просто невозможно быстро маневрировать большим судном, чтобы отыскать то появляющуюся, то исчезающую голову в темноте. Пока она тащила стоклинь, к которому они пристегнули свои леера, от кокпита по корме к носу, Викки думала о том, что же замышлял отец.

Он намеренно пресек возможность появления дальнейших вопросов, но если правда то, что он ожидал встречи с джонкой, то возникал целый ряд странных догадок: Дункан Макинтош связан какими-то делами с кем-то из КНР; эти дела секретные; и если он знал, с кем он встретится, он также должен был знать, что они говорят по-английски. Это, наводило на мысль, что Вивиан сопровождала его не в качестве переводчика, тут что-то важное.

То, что он взял с собой Хьюго, тоже было красноречиво. Обычно отец действовал в одиночку. Спрашивая мнение Салли и Ай Цзи о стратегии в бурю, он просто хотел успокоить и подсластить пилюлю аутсайдерам. Был только один капитан на борту «Вихря» и один тайпан у Макинтошей-Фаркаров, и этим человеком был Дункан Макинтош. И поэтому тот факт, что он взял с собой Хьюго, своего наследника, говорил о далеко идущих планах на будущее.

Зачем нужно было тайно встречаться в море и с кем — эти вопросы мучили Викки, когда она подошла к Хьюго, возившемуся с кливером на носу. Хьюго умел хорошо имитировать Драконью Улыбку — эдакий более нежный дракончик.

— Забудь об этом, — сказал он.

Желтое солнце нырнуло в серое море, и темнота упала, как занавес.