– Все взяли? Теперь скажите номер, который на ней написан. Начиная слева, – посасывая трубку, скомандовал Хокаге.

– Четыре.

– Два.

– Семь, – Темари.

– Пять, – Канкуро.

– Три, – Гаара.

– Восемь, – Шикамару.

– Девять, – Досу.

– Шесть, – Шино.

– Значит, у неё один, – озвучил молчавший до этого Ибики, видимо, имея в виду Хинату.

– Да, – согласился Сарутоби, кивнув. – А теперь вы узнаете порядок боёв. Ибики, покажи им схему.

– Есть, – Морино Ибики достал из внутреннего кармана плаща небольшой планшет с рисунком. На рисунке была изображена пирамида боёв. Цифры шли в один ряд по возрастанию, каждая пара была соединена линиями, так, номер один должен был драться с номером два, номер три – с номером четыре, и так далее, вплоть до девяти. Правда, номера восемь и девять, судя по графику, должны были сразиться друг с другом, прежде чем победитель выйдет против номера семь. Это подозрительно. Конечно, можно предположить, что было заготовлено несколько графиков, на случай, если выпадет больше половины участников или ничьей, как у Сакуры и Ино, но меня смущает подбор противников. Саске против Гаары, Канкуро против Шино и даже я против Хьюги, хоть и Хинаты, а не Нейджи, всё как в оригинале, ощущение такое, как будто история сама стремится идти по проторенной дорожке. В принципе, ничего удивительного, Судьба, что бы там ни говорили скептики, существует. Она не является чем-то непреодолимым или жёстко структурированным, её можно и обойти, и поломать, но если не прилагать определённо направленных усилий, то события будут развиваться так, как им уготовано. Я подобных усилий не прилагал, наоборот, стремился не сильно менять историю, разве что в отношении Саске мои действия существенны, хотя это вопрос спорный, ничего необратимого я ещё не сделал. Так что, как я и сказал, ничего удивительного, хоть я и впервые с этим сталкиваюсь.

Изучив таблицу, Канкуро и Темари облегчённо вздохнули, причина была очевидна – со мной или Гаарой им в бою встречаться явно не хотелось. Шикамару пробурчал под нос что-то недовольное, а Саске выразительно хмыкнул и с ехидной улыбкой покосился на меня.

– Как иронично, правда? Ты в одной паре с Хинатой, что делать будешь? – язва. Вот же выучил на свою голову…

– Пф… Это судьба! – глубокомысленно изрёк я. – Тем более лучше уж я, чем ты, пучеглазое чудовище.

– Уж кто бы говорил о чудовищах, рыжее недоразумение, – высокомерно ответил брюнет, отворачиваясь и пряча в уголках губ довольную улыбку.

Вот же, вырастил язву на свою голову… Я вздохнул про себя, одновременно наблюдая за Темари, слушавшей наш короткий диалог, даже забыв о дыхании. Сколько в ней было удивления и недоверия… А ведь который раз встречаемся, хотя… Действительно, она первый раз видела, чтобы со мной кто-то так разговаривал. Дааа… С Гаарой подобная фамильярнось не прокатит, тяжёлая у них жизнь в Суне. Поддавшись сиюминутному импульсу, я хитро подмигнул блондинке, отчего та сразу смутилась и испугалась, причём в равной пропорции, и тут же отвела взгляд, даже слегка повернувшись корпусом. Порыв ущипнуть её (может быть, даже за попку) я подавил в зародыше – как-никак, с балкона за нами Сакура и Ино наблюдают, да и Анко рядом, а я не мазохист, но ехидная улыбка на лицо всё-таки всплыла. Наверное, она была очень похожа на улыбку Орочимару, потому как, скользнув по мне случайным взглядом, вздрогнула уже Анко. От этой мысли моя улыбка стала ещё шире, что окончательно добило бедную девушку.

– Теперь можете отдохнуть или приступить к планированию, – вытряхнул перегоревшую трубку на разбитый пол Хокаге. – Или у кого-то есть вопросы?

– У меня! – поднял руку Шикамару.