|
..
Рев. Острые желтоватые клыки взметнулись над самым плечом Александра, когтистые лапы уродливо скрючились. Поспешно вскочив, Ткачев побежал к двери, все еще непроизвольно всхлипывая. Волчок гнался за ним до самого порога и еще немного дальше по лестнице и только потом отстал.
На площадке десятого этажа, напротив наглухо закрытой двери в квартиру Красноцветова, его ждали соседи. Из-за дверей доносился сильно приглушенно собачий лай.
-Ну? - спросил Валера, - как он?
-Самое несчастное существо на земле, - тоскливо сказал Александр, - у меня сердце от жалости разрывается! Да после того, что он пережил, мне мои сегодняшние беды кажутся детским лепетом!
-Ну не скажи, - проговорил Красноцветов, - я чуть не поседел... Существенное что ни будь узнал?
-Да... Волчок нас не пропустит, потому, что он охраняет стену. Кажется, это его новый смысл жизни... А еще у него все время в рассказе проскакивало, что он не любит крыс.
-Ничего удивительного, - сказал Валера, - после того, как он съел Чука...
Алексей Сергеевич поднял руки:
-Ближе к делу! Он охраняет, судя по всем, единственный путь в соседний подъезд. Напасть на него мы не можем - слишком здоровый. Мы могли бы выманить его. Только чем?
-Крысой, - вставил Ткачев, - он ненавидит крыс.
-Хорошо, крысой, - сказал Красноцветов, - где мы возьмем крысу?
-Я, кажется, знаю, - произнес вдруг Валера, и все уставились на него.
Неприметная дверь на пятом ничуть выглядела ничуть не опасной, но соседи смотрели на нее с некоторой нервозностью.
-Ну, я не думаю, что это хорошая идея, - сказал, наконец, Красноцветов, снова лезть туда. Да вы вряд ли даже представляете, что вас там ждет.
-О, - произнес сетевик, - еще как представляем. Вам еще повезло, Алексей Сергеевич - у вас собаки, а не кремнеорганические наносистемы.
-Или морские свинки, - добавил Валера, - я так понимаю - вам крыса нужна. Больше вы ее нигде не достанете.
-Можно взять айбо, - неуверенно предложил Ткачев, - хотя вряд ли Волчок на него поведется... Ну же, Алексей Сергеевич, не мы ли обещали прорваться любым способом когда бежали со всех ног из моей квартиры?
-Хорошо, я иду, - Алексей Красноцветов широко вздохнул и взялся за ручку роковой двери, воспоминания о кошмарном пребывании в шкуре четвероного было еще чересчур свежи.
-Э нет, - Валера ухватил его за локоть, - не так скоро, друг! Идем все вместе.
-Это еще почему?
-Не факт, что войдя туда, вы не погрузитесь в какие ни будь пятимерные бездны и навсегда исчезнете отсюда, - произнес Ткачев, становясь рядом, - а нам очень не хочется оставаться тут вдвоем.
Красноцветов окинул их взглядом - ни дать не взять потерявшиеся дети. А разве он сам не ощущал себя таковым? Мир вокруг стал зачарованным лесом, в котором к тому же все тропинки связанны в морской узел и никуда не ведут.
-Но ведь это моя дверь, - молвил, наконец, Алексей Сергеевич, неизвестно, что случится, если мы войдет туда втроем!
-Авось не пропадем, - сказал, широко улыбаясь, Валера и сквозь его лощеный светский облик неожиданно проступило нечто дикарски раздольное, заставив соседей вновь сделать попытку припомнить, где же они видели этого типа, - шагай, давай!
Взявшись за руки, как детсадовцы на утреннике, они шагнули в открывшийся проем. Каждый еще успел увидеть свое отражение в зеркале, прежде чем их накрыла тьма.
-Жри, Шарик, - говорил старый Захарий, владелец лучшей в округе крысиной фермы, нежно поглаживая плоскую Шарикову голову стоим старым нейропротезом советского производства, - кушай свою похлебку, заряжай фуел селлы.
За его спиной по земле ходили зеленоватые лучи термосканеров со спутниковым наведением, а чуть дальше сонно помаргивали огни над периметром, да слышался неумолчный крысиный писк. Всходила Луна.
Шарик вздрогнул под хозяйской рукой, вывернулся и посмотрев на хозяина пустыми глазами, в которых дико светилось кошмарное тройственной сознание, вихляя припустил в сгущающиеся лиловые сумерки. |