Иван подошел к стене.

– Мама рассказывала, что в шестидесятых годах двадцатого века такие кепарики в основном носили жители закавказских республик, которые привозили в Москву мандарины и другие фрукты и торговали ими на рынках. Они носили головные уборы, которые ехидные москвичи прозвали аэродромами. Ну-ка, там лист бумаги прикреплен, пошли прочитаем текст.

Мы быстро дошагали до стены. Вблизи кепка оказалась не новой, грязной, выглядела гадко.

– «Художник – Репин-Дали, – прочитал Зарецкий. – Натюрморт «Жизнь царя».

– При чем тут самодержец? – не поняла я.

– Жизнь у бедняги не удалась, в его стране случилась революция, остался у самодержца один кепарик! – пожалел Иван государя.

– Это произведение можно купить! – громко воскликнула я и невоспитанно показала пальцем на объявление слева от гвоздя. – Смотри, здесь указано: «Цена – сто тысяч евро. Мы поможем Вам оформить покупку. Позвоните по указанному номеру, и немедленно придет наш сотрудник. Деньги пойдут на жизнеобеспечение кенгуру всех стран мира».

– Вилка, у тебя есть лишний стольник тысяч евриков? – осведомился Иван.

– У меня и нелишнего нет, – улыбнулась я, – поэтому пошли дальше. Стрелочка показывает влево.

Теперь мы очутились в зале с тремя дверьми.

– А где искусство? – не понял Зарецкий.

Но я уже сообразила, что следует искать на стене плакат. Увидела листок, пошла к нему и озвучила текст: «Ищи короля!»

– Короля? – переспросил Зарецкий. – Здесь пусто. Хотя, может, он за занавеской?

С этими словами Иван отодвинул драпировку. Я ойкнула. А вы бы как отреагировали, увидев дядьку с плюшевой кошкой на голове? Да еще незнакомец оказался голым по пояс, из одежды на нем были только крохотная юбочка розового цвета и носки ей в тон. Около парня на высокой подставке красовалось объявление: «Вы можете приобрести данный экспонат. По вопросу цены обращайтесь на ресепшен». Меня охватило удивление.

– Я думала, он живой!

– Аналогично. Странная, конечно, работа. Но следует признать, сделано так, что от живого не отличить.

– Ой, моргает! – пришла я в восторг. – И дышит!

– Полная имитация человека. Наверное, внутри – маленький моторчик, поэтому грудная клетка поднимается и опускается.

Не успел Иван договорить, как фигура издала громкий неприличный звук. Я рассмеялась.

– Интересно, из чего сделана кукла?

Тут экспонат поднял руку и завел ее за спину. Потом вернул в прежнюю позицию, но теперь его пальцы держали лист с текстом. Я заморгала, Иван громко зачитал:

– «Вам налево. Или направо».

– Он живой! – подпрыгнула я.

Чуть ли не бегом я кинулась в ближайшую дверь и замерла, потому что мои глаза увидели наполненный надувной бассейн. В нем сидела голая по пояс девица.

– Ты почему удрала? – спросил Иван, возникая рядом.

– Не знаю, – призналась я. – Наверное, подумала, что от парня, который соглашается участвовать в подобной выставке, ничего хорошего ждать не приходится. Давай уйдем отсюда!

– Назад дороги нет, – замогильным голосом произнесла «скульптура», шлепая ладонями по воде.

Тут в зал вошли мужчина и совсем юная девушка.

– О-о-о! – протянул представитель сильного пола. – Великолепно! Тебе понятна идея данной инсталляции?

– Ну, – протянула блондинка, – автор говорит о свободе человека?

Ее спутник закатил глаза.