– Не знаю адрес! – простонала Анжелика. – Темно было и холодно. А у меня куртка легкая. Он показал на подъезд, я и побежала быстренько – в тепло очень захотелось.

Иван припарковался у торгового центра и начал сыпать вопросами. Я молча слушала диалог.

– Машину опиши!

– Черная.

– Джип?

– Ну, вроде.

– Внедорожник или просто легковушка?

– Большая, высокая.

– Ладно. Дом как выглядит?

– Серый. Здоровенный.

– Современной постройки или сталинский?

– Чей?

– Здание блочное? Кирпичное?

– Серое!

– Нет во тьме луча света!

– Чего?

– Что вокруг дома?

– Не увидела.

– Хоть какую-то особенность района можешь назвать? Что в глаза кинулось, когда вы приехали?

– Туфли!

– Чьи?

– Реклама на крыше. Но не на том доме, где Васенька живет, а на соседнем.

– Какая реклама? Помнишь ее?

– Мечтаю о таких ботинках зимних, но за них страшные деньги хотят! Аж пятьдесят три тысячи сто десять рублей! Надо очень богатым быть, чтобы их купить!

– Помнишь рекламу? – повторил Иван.

Анжелика прижала кулачки к груди.

– «И Лондон, и Париж носят только «Алемиж». Она из лампочек очень яркая, цвет меняет. То зеленая, то красная, то синяя.

– Молодец, – похвалил собеседницу Иван и взял телефон. – Гена, немедленно выясни адреса зданий в Москве, на которых висит наружная световая реклама «И Лондон, и Париж носят только «Алемиж». Жду.

Зарецкий воткнул трубку в держатель и опять обратился к девушке:

– Больше ничего не помнишь?

Та молча помотала головой, прошептала:

– Простите, я совсем глупая.

– Успокойся, даже самый умный человек в каких-то вопросах идиот. Я вот ничего не понимаю в астрономии. А ты, Вилка, в чем не разбираешься?

– Алгебра, геометрия, физика, химия, – начала перечислять я. – Биология и твоя астрономия до кучи. Да, отлично училась в школе, но мне всегда везло на экзаменах – попадались билеты, ответы на которые знала назубок. А на контрольных всегда доставался вариант легче легкого.

Иван взял телефон.

– Узнал? Говори!.. Есть адрес! Такая реклама в столице одна, она установлена на торговом центре с очень высокими ценами. Помчались!

Минут через сорок мы припарковались около торгового центра.

– Вот они, разноцветные лампочки! – обрадовалась Лика. – И домина серый слева!

– Отлично, – улыбнулся Зарецкий, идя в нужном направлении. – Пойдем по лестнице, поищем «особо красивую» дверь.

Я дернула входную дверь за ручку и удивилась.

– Не заперто!

– А почему? – проскрипел чей-то голос. – А потому, что уроды постоянно домофон ломают! Сто раз на эту тетку жаловалась, а толку нет! Плевать полиции, что у нас теперь не приличный дом, а шалман с бардаком!

Мы все обернулись и увидели бабушку.

– Добрый вечер, – улыбнулся Иван. – Рады знакомству с вами. Я господин Зарецкий, со мной жена Виола и племянница Анжелика. Хочу купить в этом доме апартаменты для Лики.

– Кто-то из наших продает? – насторожилась старушка.

– Как к вам обращаться? – осведомился Иван, не выходя из образа пряника Сахара Медовича с прослойкой из сгущенки.