Я снова открыла пудреницу. А муж-то прав! Мне позавидует любая иллюминация.

Любуясь на себя в зеркало, я позвонила Анюте и попросила дать мне номер дантиста.

– Зачем? – удивилась Бавлиева. – Мне он не очень понравился. И «сиятельные зубы» не впечатлили.

– Не видела ты вживую таких зубов, – сказала я и включила видеосвязь. – Хочешь посмотреть на них?

– Ну давай, – осторожно согласилась помощница. – А почему ты так странно разговариваешь, почти не разжимая губ?

Я улыбнулась во весь рот.

– Ой! Мама! – заорала Нюта. – Что это? Кто это? Зачем это?

– Перед тобой писательница Арина Виолова и ее «сиятельные зубы», – сдерживая смех, продолжила я. – Они очень актуальны в связи с предстоящим Новым годом. Но поскольку мне приходится общаться каждый день с разными людьми, замучаюсь объяснять, что я не разносчик инфекции и не состою в группе людей, которые превращают себя в рождественское дерево. Можно, конечно, повесить себе на грудь табличку «Совершенно здорова психически и физически», но вопросы все равно начнут задавать.

– Отправила тебе все его контакты, – перебила меня Анюта. – Зовут дядьку Аптурахман…

– Ибн Хаттаб, – расхохоталась я.

– Нет, ты не дослушала. Аптурахманов Дионисий Вольтерович. В фамилии третья буква «т», не «д», и вторая – «п», не «б».

– Интересное сочетание имени, отчества и фамилии, – заметила я. – Хотя Виоле Ленинидовне Таракановой не стоит над другими потешаться.

– Давай сама ему о проблеме сообщу, – предложила Анюта. – В нашей паре я злой полицейский, а ты белая пушистая мышка. Не надо тебе имидж рушить.

– Ладно, – согласилась я. – Сделай так, чтобы он меня сейчас принял и всю эту ярмарку убрал!

Глава двадцатая

– Не умею врать, – заявил дантист.

Я молча смотрела на него.

– Поэтому скажу честно, удивлен! «Сиятельная суспензия» всего лишь придает зубам приятный молодой блеск. Все! Ни о какой разноцветности речи и быть не может!

Дверь распахнулась, в кабинет с криком «ты опять здесь!» влетела женщина лет сорока в роскошной шубе.

– Дорогая, – улыбнулся доктор, – у меня сидит пациент.

– Врун! – затопала лаковыми сапогами супруга. – А твой папаша Володька от водки умер!

– Солнышко, – не меняя тона, попытался успокоить разъяренную даму врач, – госпоже Таракановой не интересны наши семейные проблемы!

Дама одним прыжком оказалась у кресла.

– Милая, уходите, пока этот гад вам во рту танковое побоище не устроил! Он не стоматолог!

– А кто? – удивилась я, краем глаза наблюдая, как доктор спешно покидает кабинет.

– Мерзавец, лгун, – сменив тон, начала объяснять женщина. – Зовут его Апатин Дмитрий Владимирович.

Я заморгала.

– Но у меня на программе он назвался Аптурахмановым Дионисием Вольтеровичем…

– О! – обрадовалась дама. – Вы на телевидении работаете?

– Иногда. Основное мое занятие – написание детективов.

Глаза незнакомки засверкали.

– Вы Александра Маринина?

– Нет, – улыбнулась я, – Арина Виолова.

– Паспортные данные он ухитрился поменять, чтобы привлечь побольше клиентов, – продолжила дама.