— Нашел чего? — спросил один из них.

— Свет погасите, — попросил я. — С улицы видно, приманите кого-нибудь.

Парень, что держал фонарь в руках, повернулся ко второму. Тот кивнул, будто признавая мою правоту. Луч погас, и видно сразу стало гораздо лучше.

Парни выглядели… Обычными. Коротко стриженные, лица простые — носы вздернутые, щеки впавшие, но раньше наверняка пухлыми были. Такие рожи почему-то раньше «рязанскими» называли, хотя к этой самой Рязани они никакого отношения не имеют. Бывал я там, похожих мало, большинство будто татары выглядят.

Гопники с улицы, короче говоря. Еще полтора года назад про них днем мемы в интернетах читали типа «низкий таз, громкий бас, вся одежда — Адидас», а по ночам удирали, если встретят.

У одного глаза дергаются, кстати. А это еще что? Боится так сильно? Или торчок? Впрочем и то и другое делает его непредсказуемым, а в моей ситуации это ничего хорошего не сулит.

— Ну, так что нашел? — спросил тот, что с ломиком.

— А вы чего ищете? — вопросом на вопрос ответил я.

Он нахмурился.

— Нам бы это… — проговорил второй. — Интересного бы чего-нибудь.

— Кайфануть что ли? — задал я следующий вопрос. Ну да, угадал, точно торчок. Ну, война обычно пагубные привычки только усугубляет.

Бля, сколько ж я таких повидал. Причем разных — от тех, что за «габой» ходили в аптеку, так и до тех, что каждый месяц в день зарплаты и аванса приходили за шприцами и флаконами антибиотиков или нафтизина. При этом в течение целого месяца их вообще видно не было — будто не болели ни хрена.

— Ну да, ништяк было бы, — сказал он.

— Пацаны, вы не ту аптеку выбрали, — пожал я плечами. — Это ж аптечный пункт. Тут из того, что по сто сорок восьмому отпускается, вообще ни хрена быть не может. Вам государственные аптеки нужны, да и там эта хуйня по сейфам лежит.

— И что, тут вообще ничего нет? — спросил он.

— Да может и есть, — сказал я. — Сейчас посмотрю.

Я сделал пару шагов назад, и повернувшись к ним вполоборота принялся копаться среди пачек. Нужна такая же, как та, что мне, только пузатая достаточно. Там капсулы большие.

Нашел, поднялся.

— Лови! — кинул я пачку тому, что просил.

— А это что за хуйня? — спросил он, посмотрел внимательно и такой. — А, ништяк. А ты во всей этой хуйне шаришь что ли? Типа фармацевт?

— Нет, — я покачал головой. — Типа врач.

Ну а что, это правда. Только вот я ни дня не врачом не отработал за свою жизнь. Потому что на втором курсе ординатуры мне поставили диагноз «биполярное расстройство», который в общем-то и закрыл для меня карьеру. А что, сейчас по распределению поехал бы куда-нибудь в Усть-Пиздюйск, сейчас, наверное, уже заведующим отделения был.

— Врач? — спросил он, вытаращив глаза. — Типа реально лепила?

— Типа реально, — в тон ему ответил я.

Мне уже хотелось как можно быстрее свалить. Никаких дел с торчками я иметь не хотел. Нужно только нож забрать, где я там его оставил. И уходить.

— Ладно, сказал вдруг первый. — Спасибо за помощь.

— Я пойду тогда, — ответил я. Типа не разрешения спрашиваю, а факт констатирую.

— Иди, а мы тут пошаримся еще.

— Сейчас, там вода в подсобке есть, возьму бутылку себе.

Они против ничего не сказали. Я повернулся, пошел обратно и действительно увидел, что на столе лежит мой нож. Сложил лезвие, сунул его в карман, а потом взял бутылку. Попытаются наехать — трахну о стену, будет розочка.

Но нет, они меня пропустили, только принялись среди пачек лекарств копаться.