— Она, наверное, наверху, — пробормотал Тарнал, словно прочитав мысли воина. — Отсюда мы ее не увидим.

— Да, но она должна была нас увидеть. — Форрал с сомнением покачал головой. — Это значит, что либо она от нас прячется, либо с ней что-то случилось. — И без дальнейших разговоров он начал карабкаться вверх по склону.

Кроваво-красный луч коснулся вершины Камня — солнце показалось над горизонтом; в небе закружился ястреб, высматривая добычу. Но Форрал ничего вокруг не замечал. Зато, добравшись до вершины, он увидел картину, от которой у него кровь застыла в жилах: на земле, у подножия камня, лежала бездыханная Ориэлла, и руки у нее были сложены на груди, как у покойника. На груди у нее лежал Жезл Земли. Над безжизненным телом, словно охраняя его, стояла пантера.

Меченосец действовал не раздумывая. Он видел только Ориэллу, а на Шиа не обращал внимания. Он бросился к волшебнице, окликая ее по имени. Она подняла голову и распрямившись, словно пружина, прыгнула ему навстречу, злобно рыча. С проклятием Форрал остановился и выхватил меч. Пантера ловко увернулась, не сводя с воина горящих глаз. Подбежавший Тарнал попробовал зайти с тыла, но был вынужден поспешно ретироваться. Гринц куда-то исчез — убежал, крыса! — подумал Форрал. Он сделал еще несколько шагов к Ориэлле, по пантера отогнала его и заняла такую позицию, чтобы можно было следить за обоими.

— Не подходите к ней!

— Что? — Форрал потряс головой. Откуда идет этот голос? Явно это сказал не Тарнал. Может, ему померещилось?

— Отойди, двуногий! Если вы потревожите тело, пока дух пребывает Меж Двух Миров, Ориэлла умрет.

Неожиданно позади пантеры из полумрака вынырнул Гринц и, схватив Ориэллу за руку, запричитал:

— Госпожа, вернитесь! Не покидайте нас! Пожалуйста, возвращайтесь!

Дальнейшее произошло мгновенно. С яростным ревом Шиа прыгнула на вора и отбросила его прочь. В небе над Камнем заклубились черные тучи, внезапно похолодало, и поднялся сильный порывистый ветер. Камень затрясся, заходил ходуном, тело волшебницы судорожно дернулось, и воздух хлынул ей в легкие с резким свистящим звуком. Ориэлла широко раскрыла полные страха глаза и встала, уронив Жезл. Сокол, парящий в небе, снизился и приземлился рядом с волшебницей.

Ориэлла упала на четвереньки и подхватила Жезл.

— Бегите! — закричала она во всю мочь. Гринц поднялся с земли, увидел ее лицо — и повиновался без слов. Форрал метнулся вперед, рывком поднял Ориэллу на ноги и побежал вместе с ней по склону холма, скользя по моментально обледеневшей траве. Неожиданно Ориэлла повернула голову к Камню, словно услышав одной ей ведомый зов, сдавленно вскрикнула, вырвала у Форрала руку и бросилась обратно.

— Что за… Назад, Ориэлла, стой! — Форрал развернулся на каблуках и ринулся вслед за ней. Волшебница подбежала к ястребу, по-прежнему сидящему у подножия Камня, сгребла птицу в охапку и сразу же кинулась прочь.

Из сердцевины темного хоровода туч вырвалась ослепительная молния и с убийственной точностью ударила прямо в середину Камня. С жутким ревом он раскололся, и холм, от вершины до основания, потряс мощный взрыв.

* * *

Из окна доносились песни фаэри, похожие больше на звон стали и свист клинка, рассекающего воздух. Неистовый визг серебряных рожков напоминал завывание зимнего ветра. Ваннор беспокойно зашевелился во сне: ему снились Долина и госпожа Эйлин с мечом в руках. Вдруг он проснулся и сбросил с себя одеяло. Рожки и песни стали слышнее — это оказался не сон.