— Подожди! Прошу тебя, не надо! — Слова прозвучали невыразительно, но быстрота, с которой они были произнесены, придавала им настойчивости и убедительности. — Нихилим могут помочь тебе — если ты им позволишь.

— Что?! — Ориэлле показалось, что она ослышалась. Из всех событий, что с ней произошли за последнее время, это было едва ли не самое невероятное. — Ты хочешь помочь мне? — Она не знала, смеяться ей или плакать.

— Ориэлла, нет! Не верь этому… Этой… — Голос Форрала был низким, тревожным, и Ориэлла заметила, что у него дрожат руки. Бедный Форрал! В целом мире он боялся только одного — Призраков Смерти. Ориэлла его очень хорошо понимала и тоже боялась их, но, если они могут обеспечить ей хоть какое-то преимущество перед Элизеф, нельзя упускать такую возможность.

Бросив на Форрала извиняющийся взгляд, она вновь повернулась к чудовищу, взявшему себе обличье ее старого друга.

— Хорошо. Я выслушаю тебя, но берегись — на сей раз ты один, и если ты хотя бы шевельнешься, это будет твое последнее движение.

— Я понимаю.

— Вот и отлично. — Ориэлла набрала в грудь побольше воздуху. — Итак, что тебе от меня нужно? Я не настолько глупа, чтобы верить, будто Призраки Смерти ни с того ни с сего решили со мной сотрудничать.

В нечеловечески голубых глазах вспыхнуло пламя.

— Ты нужна нам, волшебница. Я хочу, чтобы ты освободила мой народ.

Ориэлла уставилась на него с открытым ртом.

— Что?! — заорал Форрал. — Да ты рехнулся? Позволить вам свободно разгуливать по земле? Ты думаешь, что она дура?

— Терпение, волшебница. Позволь мне все объяснить. Я не прошу, чтобы ты отпустила нас в этот мир, — мы ему не принадлежим. Я просто хочу, чтобы мы вернулись домой.

— Домой? — Глаза Ориэллы расширились. Изумление ее было так велико, что она забыла о страхе. — А где вы живете?

Голубые глаза Финбарра подернулись поволокой.

— Нихилим не всегда были такими, как сейчас, — сказал он. — Когда-то мы жили Меж Двух Миров и были прекрасны и чисты. Владыка Смерти посылал нас в этот мир, чтобы положить коней, человеческим страданиям и боли. Мы приходили к старым, больным, изможденным или отчаявшимся людям и уносили их с собой к Водоему Душ, чтобы они могли возродиться и прожить новую, яркую жизнь. — Призрак Смерти вздохнул и, помолчав, продолжал:

— Таковы были наши обязанности, а кроме того, мы являлись Хранителями Равновесия и Стражами Врат. Так продолжалось до тех пор, пока не были созданы Талисманы. Во времена Катаклизма Шианнала поработила нас, заточив в Чашу Жизни, и превратила из подателей милосердия в смертельное, оружие. Именно тогда смерть стала страшить людей, а до этого она казалась им благом. — Он взглянул в лицо Ориэлле. — Я умоляю тебя — помоги нам. Такой возможности нам больше может и не представиться. Исправь зло, причиненное твоими предками, и освободи нас. Разрушь оковы Чаши — и мы уйдем.

— И вы поможете мне отыскать кубок, чей облик имеет теперь Чаша Жизни? — тихо спросила Ориэлла.

— Поможем. Мы обязаны сделать это во имя собственного спасения.

— А как же Финбарр? Если я тебе помогу, ты сможешь вернуть его нам? Призрак вздохнул:

— Этого я не знаю. Я могу говорить с тобой, только приняв человеческий облик. Я занял это тело в тот миг, когда умер его владелец, но твой враг сковал меня заклинанием прежде, чем я успел что-то сделать. Дух. Финбарра не переступил черты, но, боюсь, когда я покину его тело, это произойдет. Если ты хочешь предотвратить его гибель, тебе остается только одно: захватить Чашу Жизни и использовать ее по назначению.