Вор осторожно глянул в щелку между пальцами, и у него немного отлегло от сердца. Ужасная волшебница грела руки над костром так запросто, по-домашнему, а черные демоны сидели у ее ног и жмурились на огонь, как обычные кошки.

Гринц медленно начал подниматься, но раненая нога подогнулась, и он тяжело осел, застонав от боли.

Волшебница проворно подскочила к нему.

— Ты ранен? — Она направила на него свет, чтобы получше видеть. — Во имя Мелисанды, как тебя угораздило? — В глазах ее мелькнуло сострадание. — Я так понимаю, что эти раны ты получил, удирая от упомянутых тобой стражников. Может быть, для начала расскажешь, чем ты им не угодил?

Под ее испытующим взором Гринц не мог лгать.

— Госпожа, я… я…

— Клянусь Чатаком! Откуда у тебя это? Гринц похолодел. Второй чародей нашел мешок с добычей и вытряхнул его содержимое перед костром. Волшебница восхищенно присвистнула, когда каскад драгоценных камней, переливаясь, хлынул на пол, и вновь повернулась к Гринцу.

— Ты их украл, — утвердительно сказала она. — У кого?

У Гринца пересохло во рту.

— У П-пендрала, — просипел он, — Верховного правителя Нексиса…

Волшебница расхохоталась:

— У Пендрала? Так этот маленький подонок еще жив? — Не веря своим ушам, Гринц тупо кивнул. — А ты спер его обожаемые бриллианты? Ну, молодец! Так ему и надо, паршивцу! — Ориэлла хотела хлопнуть вора по спине, но вовремя спохватилась и вместо этого легонько коснулась его ран исцеляющей силой.

Увидев, как пальцы волшебницы заискрились фиолетово-синим сиянием, Гринц перепугался, но, к своему изумлению, обнаружил, что оно не причиняет боли. Наоборот, там, где фиолетовый луч касался его тела, боль утихала и раны начинали затягиваться. Он своими глазами видел, как порез на ноге начал исчезать и вскоре пропал бесследно.

— Дырки на штанах как-нибудь сам залатаешь, — хмыкнула волшебница, и фиолетовый луч погас.

Гринц с восхищением уставился на нее. С раннего детства ему все приходилось делать самому, и до сих пор никто, даже родная мать, пока была жива, не проявлял о нем такой заботы.

— Спасибо вам, госпожа, — тихо прошептал он. В ответ она улыбнулась, и с этого момента жизнь Гринца изменилась раз и навсегда.

Второй чародей, не выпуская из рук оружия, присел на краешек стола.

— Так вот, — твердо заговорил он, обращаясь к Гринцу. — Мы пришли сюда потому, что услышали чей-то крик. Это ты кричал?

Волшебница с испуганным восклицанием отвернулась от Гринца:

— О боги, крик! Я совсем забыла об этом голосе!

— Не спеши, любовь моя. — Чародей, сложив на груди руки, строго глядел Гринцу в лицо. — Ну? Почему ты кричал, приятель? — Голос его стал мягче. — Ты весь растерзан. Кто это тебя так отделал? Здесь есть еще кто-то?

Гринц медленно покачал головой:

— Это… Это очень страшно. Оно там… — Не в силах вымолвить больше ни слова, он ткнул пальцем в темную нишу. Ориэлла, бросив взгляд на Форрала, отошла от огня.

— Давай-ка выясним, о чем это он. — Сосредоточившись на шарике волшебного света, она заставила его сиять в полную силу.

— Там… — повторил Гринц, тыча пальцем в полумрак, — вот оно где…

— Осторожнее! — предостерегающе заметила Шиа. — Это может оказаться ловушка.

— Вот мы сейчас и проверим, — ответила Ориэлла. — Ты пригляди за этим смертным, ладно? Я думаю, ему можно верить, но не хочу рисковать.