— Оба-на, — разочарованно пробормотал Димка. — И как же мы его ограбим, если ты говоришь, что там охраны видимо-невидимо?

— А мы просто не полезем внутрь, вот и все, — победно улыбнулся Костик.

— А как же тогда забрать деньги? — озадаченно пробормотал Славик. — Ты извини, Профессор, но что-то я не догоняю.

— Возьмем кого-нибудь из служащих в заложники и потребуем вынести нам все деньги, — понимающе сказал Артем. Он вдруг одним мгновенным движением выхватил пистолет из-под ремня, вытянул руку перед собой и произнес с театральной угрозой: — А ну, гони деньги живо, иначе я пристрелю заложника! Получилось довольно забавно. Ребята засмеялись. Даже Костик улыбнулся.

— Не пойдет, — сказал он.

— Почему?

— Моему боссу на заложников плевать. Когда речь идет о деньгах, ему вообще на все становится плевать. Даже если мы возьмем в заложники половину Москвы, включая его родную маму, денег нам не видать как своих ушей. Этот гад еще и сам команду «пли» подаст, лишь бы не платить.

— Хорошо, — кивнул Димка. — Если твой босс такой жадный клопяра, как ты думаешь его ограбить?

— Слушайте внимательно, — сказал Костик, наклоняясь вперед. — Мы поступим следующим образом…

Конечно, в свете событий последних двух дней Жигулов не надеялся на подарки фортуны. Но после суток откровенной и безжалостной непрухи капризная дама соблаговолила наконец милостиво повернуться к нему лицом. Он как раз заканчивал составлять протокол об изъятии вещественного доказательства — видеокассеты, когда в кабинет заглянул Коля Бадеев. Оперативник пребывал в прекраснейшем расположении духа, в глазах его горел огонек азарта, да и стоял он, едва не приплясывая на месте, что говорило о степени крайнего нетерпения.

— Толя, — с заговорщицким видом зашептал он. — Когда закончишь, спустись вниз. Есть там одна ну очень интересная женщина. Сгорает от желания с тобой познакомиться.

— Нашел что-нибудь? Жигулов мог и не спрашивать. Любой человек, кроме разве что откровенно слепого, сообразил бы: у оперативника большой улов. Большой и необычный. Закончив с протоколом, собрав подписи понятых и президента банка, Жигулов быстро спустился вниз. «Интересная женщина» оказалась миловидной хрупкой девушкой лет двадцати пяти. Она явно терялась среди всеобщей суеты. Патрульные опрашивали других служащих, все говорили одновременно, невольно повышая голос, чтобы быть услышанными, и от этого гомон стоял невероятный. Рядом с девушкой топтался Бадеев. Заметив Жигулова, он оживился, ухватил девушку под острый локоть, развернул лицом в нужную сторону.

— Машенька, это Анатолий Сергеевич Жигулов, наш следователь. Девушка посмотрела на Жигулова внимательно, словно оценивая, затем кивнула:

— Здравствуйте, — и протянула тоненькую ладошку для пожатия.

— Здравствуйте, Маша, — в тон ей ответил Жигулов, аккуратно сжимая прохладные пальцы девушки.

— Маша, — бодренько взял быка за рога оперативник, — расскажите Анатолию Сергеевичу то же самое, что вы рассказали мне. — И победно взглянул на Жигулова, словно бы говоря: «А? Каков?» Маша подумала несколько секунд, затем нерешительно произнесла:

— Я видела преступников.

— Так? — Жигулов стрельнул взглядом в Бадеева. Мол, чем хвалишься-то? Он хотел было сказать: «Здесь все их видели», но передумал.