– Нет. Ничего подобного. – Она подстраивалась под темп моих шагов. – Не нужно быть ясновидящей, чтобы понять, что ты в состоянии навлечь на себя неприятности. А его внимание для тебя опасно.

Уорик.

– На самом деле я тут ни при чем. Он вроде как сам встал. На моем пути.

– Это не так. Никто никогда не привлекал к себе столько его внимания. Даже те, кого он убил.

Эта фраза обвилась вокруг меня, как петля на шее.

– Я не особо-то могла это контролировать, – отмахнулась я, пожав плечами.

– Так это или нет, но ты притянула к себе неприятности. Хорошо или плохо, но он, не сказав ни слова, попал в яблочко. И теперь ты можешь умереть, – беспечно заявила она, входя в комнату и направляясь к своему рабочему месту.

Сбитая с толку ее последним заявлением, я потерла лоб. В одном она была права. Взглянув на меня, Уорик отметил меня. Многих заинтересовало, что привлекло его интерес ко мне, даже такой непродолжительный.

В таком роде внимания нет ничего хорошего. Остальные захотят выяснить, что заставило печально известного Уорика Фаркаса остановиться.

А потом они попытаются меня уничтожить.

* * *

В течение следующей недели заключенные крутились вокруг меня как акулы, пытающиеся найти кусок мяса в воде. Я ощущала на себе их взгляды со всех сторон.

Всех, кроме него.

Уорик вел себя снова так, словно меня не существовало, я надеялась, что это ослабит любопытство остальных. Но нет.

Первая полноценная неделя, проведенная мной в тюрьме, стала сущим адом. Днем я притворялась, что не испытываю страха, тоски и полной безнадежности. Ночью, сворачиваясь калачиком, я тихо плакала на холодной твердой земле.

Ежедневные нападения терзали психику. Запах от ямы в нескольких шагах от того места, где я спала на утрамбованной земле, как какое-то животное, в грязной, окровавленной одежде. Я знала, что от меня дурно пахнет, но мой запах был каплей в море вони.

Пытки и ужас лишили меня чувств. Первобытное ощущение. Мой разум ускользал от реальности и от того, что я привыкла считать нормальным. От стресса и недоедания я похудела. Даже во сне напряжение не отпускало меня, постоянные крики и рыдания будили меня ночью, наравне с собственными кошмарами.

Однако я с нетерпением ждала сна, потому что там мне снился Кейден – ощущение тепла и покоя. Но когда я просыпалась, мне было чертовски больно, потому что знала, что никогда больше не увижу его. Наверное, он считал, что я погибла. Все эти мысли «а что, если» были достаточным наказанием, все здесь создано для того, чтобы сломить личность.

Были времена, когда смерть казалась сном. Тем, от которого не хотелось просыпаться.

– Уровень 13! – прогремел глубокий женский голос как раз в тот момент, когда открылась дверь моей камеры, отчего я подняла голову. – Время мыться.

На моем уровне сонные заключенные начали двигаться в одном направлении. Заставив себя подняться, спотыкаясь, я присоединилась к отряду зомби, направляясь в туалет.

В какой-то степени я смирилась с отсутствием уединения, но принимать душ со всеми этими людьми – очередной удар по моему комфорту. Как высокомерно я думала, находясь в штаб-квартире, что мне комфортно раздеваться рядом с другими. Я находилась рядом с группой знакомых мне людей.

– Давай! – крикнула женщина. – Ты же знаешь правила. Раздевайся, мойся и освобождай место для следующего. И никаких развлечений с водой.

Несколько охранников, стоящих рядом, не скрывали своего ликования, наблюдая, как раздеваются заключенные. Рядом с душевыми стояла гигантская тележка для белья – я буду эту одежду стирать и чинить позже. На столе была разложена чистая форма, нижнее белье и пронумерованные полотенца на самом верху стопки.