В противоположную сторону, удаляясь от Люблина, мчались три машины. Атмосфера в салонах бурлила смешанными чувствами.

– Черт, в суете мы о шкуре забыли, – говорил раздраженно Януш. – Шкура у этой гниды осталась. Жаль до смерти, я просто вне себя!

– Не волнуйся так, должно быть, у него отберут без нас, – утешал его главный инженер. – Теперь милиция может действовать открыто, надеюсь, участковый ему не спустит…

– Угловые сегменты ограды у нас вообще замечательно получились, – с радостным оживлением говорил Каролек Барбаре. – Не дай Бог возникнет проблема, откуда взялась ошибка в измерениях, так скажем, что мерили до угла, отсюда разница. Никто, мол, не заметил, что середина утоплена вглубь, и пусть теперь вносят поправки!

– Отлично! – похвалила довольная Барбара. – Получится – напакостили землемеры, а я с ними как раз разругалась…

Лесь сидел посреди комнаты и тупым взглядом смотрел в стену, баюкая на коленях кипу страниц с книжным текстом. Некоторые странички еще держались вместе, однако ни одна не уцелела полностью. До такого плачевного состояния они были доведены с восхитительным тщанием: большая часть вообще отсутствовала, остальные порваны и помяты, а те, что удалось прочесть, своим содержанием наводили ужас.

По возвращении из Люблина Лесь кинулся доставать опус о токсикологии питания и нашел только его ошметки. В первое мгновение он впал в панику. Несколько минут пытался отгадать, что послужило, причиной ущерба, – вотще. Потом полдня размышлял, как будет выпутываться, ничего не придумал и решил все дело скрыть. Изумление и испуг, охватившие его, совершенно потускнели, когда он углубился в сохранившийся текст. Кошмарное содержание заслонило все остальное.

Он искренне сожалел, что вообще приступил к этому чтению. Самое скверное, что винить было некого. Сам заварил всю эту кашу. Сам, добровольно – никто под локоть не толкал – купил на рынке с лотка пучок морковки и два пучка редиски. Старательно сложив их вместе – для красоты, вошел в отдел с эффектным букетом, обращая на себя всеобщее внимание.

– Эй, посмотрите, разве не красиво? – сказал он гордо, демонстрируя свою цветистую добычу.

Барбара, Каролек и Януш подняли головы. Смотрели на него долго, молча, а Лесь укладывал овощи еще декоративней.

– Даже есть жалко, – вздохнул он с явным сожалением.

– А ты это есть собираешься? – с сомнением спросил Каролек.

Лесь слегка удивился:

– А что же еще? Витамины полезные.

– Ой, Господи… – сказал Каролек еще неуверенней и в смущении умолк.

Теперь Барбара и Януш воззрились на него.

– Ты думаешь?… – встревоженно спросила Барбара.

Януш ничего не спрашивал, с интересом переводил взгляд с Каролека на букет и с букета на Леся. Лесь удивился еще больше:

– А что такого?… Ну, помою, конечно…

Каролек поднялся со стула, подошел к Лесю и очень внимательно осмотрел морковь.

– Одна к одной, как на выставку, – подтвердил он. – Ядреная, аж плохо делается.

– Вот именно, ядреная! – подхватил Лесь радостно. – Так в чем проблема?

– Ничего-ничего, пусть лопает, через пару дней увидим, как он себя почувствует, – ехидно сказала Барбара.

– Никакая не пара дней! – запротестовал Каролек. – Это действует на длинных волнах.