Атмосферу усугублял Януш. Он упорно искал по всей комнате письмо от заказчика с требованием использовать крупные панели при строительстве оздоровительного центра. Письмо пропало, и никто не мог сказать куда.

– Да на кой оно тебе сдалось, ты же хотел им отказать, – уговаривал его Каролек, пытаясь смягчить раздражение Януша. – Просто доведи до их сведения, и готово.

– Как я им могу отказать, раз нет заказа! Довести до сведения я могу в ответ на что-то, правильно? Вообще не помню, что они там понаписали!

– А копии у нас нет?

– Нет, мать их такая нехорошая, оригинал прислали, в одном экземпляре! Куда эта бумаженция могла подеваться?

– Меня кондрашка хватит от твоих бесконечных поисков! – рассердилась Барбара. – Позвони заказчику, пусть пришлют копию, и перестань тут носиться! С ума сойти можно!

– Не могу я ему звонить, ты что, совсем не соображаешь?! Они подумают, что я согласен работать с крупной панелью, а я – фигу им! Дошло?! Я не дам впутывать себя в отравительские махинации!

– Вообще-то мы еще не знаем точно, как обстоит дело с отравительством, – вздохнул Каролек. – Где этот Лесь?

– Тут я, тут, – откликнулся Лесь, вбегая рысцой с портфелем в охапке. – Пожалуйста… А что стряслось? Мы переезжаем?

– Нет. Януш ищет письмо от заказчика.

– Не лезь сюда копытами, ты же мне рулоны помнешь! – сердито завопил Януш. – Садись и посиди на заднице хоть секунду! Ни минуты покоя не допросишься!

– Не обращай на него внимания, – посоветовала нетерпеливо Барбара. – Садись и говори, что ты выведал, и никаких уверток!…

– Ты получил какие-нибудь конкретные данные? – жадно спросил Каролек.

Лесь трижды энергично кивнул головой, открывая свой портфель и осторожно вытаскивая из него горсть сигарет вкупе со сложенной, перемазанной черным газетой. Сосредоточенно разложил все это на столе.

– Научные материалы, – гордо пояснил он. – У меня тут записи, все на основе настоящей химии, проверено. Значит, так, факты свидетельствуют… Пусть он прекратит скакать, мне нужно сосредоточиться.

Януш как раз перебирал под его столом огромную кучу фотографий.

– Не дергай ногами, – сердился он в свою очередь. – Глисты у тебя, что ли? Говорю тебе – сиди спокойно!

– Убить его или как? Иначе он не успокоится, – обреченно вздохнул Каролек.

Лесь расправил один из помятых листков.

– Можно дать ему пару килограммов ревеня, – предложил Януш. – Ревень содержит щавелевую кислоту, минимальная смертельная доза составляет три и восемь десятых грамма. Через восемь часов – труп.

– Я этого восемь часов не выдержу, – твердо сказала Барбара. – Чего-нибудь более радикального нет?

– Есть. Цианистый калий. Цианистый калий не действует только на амбарного долгоносика. Он вызывает перегиб туловища назад.

– Цианистый калий – у долгоносика? – ошеломленно спросил Каролек.

– Нет, то есть, возможно, что у долгоносика тоже. Один из признаков отравления. Признаков на самом деле больше, но тут у меня не хватает текста, я только про перегиб туловища прочел.

– И тут нету, – сообщил Януш, вылезая из-под стола.

Барбара и Каролек словно язык проглотили, оглушенные первыми же откровениями Леся.

– Я все обыскал, – продолжал Януш, – черти эту бумажку взяли и все тут. Притворюсь, что вообще не получал, рано или поздно они сами напишут еще раз.

Лесь продолжал перекладывать и приводить в порядок листочки. Януш принялся за уборку и успел вытащить из комнаты все рулоны, прежде чем Барбара заговорила.