Не успел первый парнишка закончить, как явился второй, с корзинкой в руке. Джейк взял у него корзинку.

— Свежие полотенца?

— Не свежие, а самые лучшие, — выпалил носильщик почти с негодованием. — И целых четыре! Хозяйка сказала, что леди, скорее всего, придется мыть два раза.

Кейтлин чуть не поперхнулась от такой наглости, а Лесситер с улыбкой подтолкнул чересчур откровенного посланца к выходу и запер за ним дверь.

Потом опять послышался звук льющейся воды. На этот раз распоряжался сам Джейк. Кейтлин видела, как он двигался за ширмой, которая едва доходила ему до груди, и ловила себя на том, что ей нравится смотреть на него. Да еще предвкушение настоящей, горячей бани… В конце концов, не все в жизни было так плохо. Во всяком случае — пока. Могло быть хуже. И комната оказалась вполне приличная. Кейтлин огляделась вокруг уже с интересом. Полог над кроватью из расшитого крупным узором атласа ей понравился. Вот шторы из плотного дамасского шелка были, на ее взгляд, тяжеловаты, да и светильники какие-то слишком вычурные. Но это, в конце концов, не самое главное.

Джейк отодвинул ширму и сделал широкий приглашающий жест, показывая Кейтлин вместительную лохань. Она инстинктивным движением поднялась со стула, но что делать дальше, не знала. Руки поднялись было к пуговицам рубашки, но опять опустились. К горлу подкатил тугой комок.

— Мне что, мыться первой? — спросила она, но совсем не так беззаботно, как хотелось. Джейк улыбался. Но взгляд оставался холодным, сосредоточенным. И Кейтлин вдруг поняла, что именно постоянно пугало ее, держало в напряжении. Это был его никогда не теплеющий взгляд.

— Ну я подумал… Хотя, если не спешишь, можешь завернуться в полотенце и подождать.

— Лучше подожду.

Что делать дальше, она не знала и чувствовала себя полной дурой. Да еще за спиной что-то назойливо и насмешливо тикало. Зато Джейк не испытывал ни малейшего неудобства. Он вернулся к буфету, взял бокал, который налил для нее, и отпил изрядный глоток. И все это — не отводя от нее пристального, ожидающего взгляда.

— Что ты на меня уставился? — не выдержала наконец Кейт. — Думаешь, я сейчас начну раздеваться, а ты будешь стоять и пялиться?

— А почему бы и нет? — вполне искренне удивился он. — Ведь было же раньше.

— Это было совсем другое… Ты… заставил меня. Я была не в себе!

— А сейчас, значит, в себе?

Да он откровенно издевался над ней! Руки Кейтлин сами собой сжались в кулаки.

— Может, и не в себе, но не совсем дура. И хочу помыться!

— А кто против? — спросил он, допивая остатки бурбона. — Все, что пожелаешь. Страсть как хочу увидеть, какова ты в хорошем настроении!..

— Не думаю, что буду после этого в хорошем настроении. Я просто сказала, что хочу помыться!..

— Тебе не угодишь! — Он со смехом покачал головой и бросил ей полотенце. — Уж и так из кожи вон лезу… Но все, похоже, зря.

Полотенце было толстое, пушистое и пахло свежестью. Кейтлин едва сдержалась, чтобы не зарыться в него лицом.

— Не хочу показаться неблагодарной, — сказала она, — но думаю, что делаешь ты все это не без корысти.

— Вот те здрасьте! — Джейк присвистнул. — Какая же мне во всем этом корысть?.. Хотя, может, ты и права. Была у меня, когда отпускал твоего брата, одна мыслишка…

Пальцы Кейтлин впились в мягкие складки полотенца.

— И что же это за мыслишка?

— Да так. Дерьмо собачье… Забудь.

Лицо Кейтлин пошло пятнами.