Во второй половине дня подруга брала меня с собой на рыбный рынок, где мы помогали рабочим разбирать товар. Когда кто-нибудь спрашивал, зачем мы этим занимаемся, Дикий Имбирь отвечала словами Мао Цзэдуна: «Молодежь должна покинуть школы и учиться непосредственно у рабочих». Она познакомилась с рыбачками, которые на велосипедах перевозили морепродукты из порта в город. Несмотря на малообразованность, девушки были очень милы и просты в общении. Внешне их отличали натренированные мышцы и крупные ноги.

Дикий Имбирь любила общаться с рыбачками, с одной из них, шестнадцатилетней Юнь, она очень сдружилась. Эта круглолицая девушка крепкого телосложения всегда угощала ее кусочками сушеной рыбы.

Я не была в восторге от рыбного рынка, где стояла вонь, вызывавшая у меня тошноту, но все же ходила туда ради подруги. Постепенно мне стали интересны разговоры, которые вели между собой Дикий Имбирь и Юнь, из них я узнала много о море, водорослях, рыбе, кальмарах, моллюсках и о различных способах их ловли.

Год пролетел очень быстро. И только летом я заметила, как сильно изменилась Юнь: она выглядела измотанной, ее прежний задор куда-то исчез, ему на смену пришла постоянная нервозность. Девушка, казалось, не доверяла даже самой себе. Дикий Имбирь ничего мне не рассказывала, пока я сама не заговорила о произошедших в Юнь изменениях.

— Она вроде как плохо следила за своим товаром, — объяснила Дикий Имбирь. — Бухгалтер Чоу заявляет, что Юнь частенько привозит на рынок меньше, чем было погружено в порту. У нее уже в пятый раз пропадают две корзины рыбы.

— А они могли пропасть за то время, пока она доставляет продукцию?

— Да. Но Юнь стала внимательней следить, и она уверена, что здесь какая-то ошибка. Но тем не менее по результатам проверок господина Чоу у нее всегда недостает двух корзин.

— Странно.

— С этим бухгалтером Чоу что-то нечисто, — сказала Дикий Имбирь. — Я следила за ним, и мне кажется, что он имеет какую-то выгоду. Знаешь, Юнь не умеет считать, поэтому, когда бухгалтер Чоу у нее на глазах быстро перебирает костяшки счет и заявляет, что двух корзин не хватает, Юнь не остается ничего другого, как только поверить ему. Она как немая, может, и понимает, что происходит, но не способна ничего сказать в свое оправдание. Ее определенно подставили. Не успеет Юнь возразить что-то господину Чоу, как тут же находятся люди — продавец кальмаров, продавец сигарет и продавец спиртных напитков, — которые выступают свидетелями в пользу бухгалтера. И все в один голос заявляют, что Юнь ошибается. Словно… они знали это еще до того, как господин Чоу взял в руки счеты… Клен, мне нужна твоя помощь. Я должна выяснить, в чем здесь дело.

В восемь вечера мы нашли Юнь, она сидела на своем велосипеде и горько плакала. Девушку опять обвинили в пропаже товара, и теперь она боялась потерять работу в случае очередного повторения этой загадочной ошибки. Бухгалтер Чоу утверждал, что с его стороны никакой ошибки быть не может. Рыбаки, ходившие в море вместе с Юнь, сочувствовали ей, но никак не могли доказать ее невиновность.