Я сама не заметила, как это произошло, но в один из вечеров, подглядывая из шкафа, я вдруг осознала, что наблюдаю за Вечнозеленым Кустарником. Я рассматривала его самым бесстыдным образом: запоминала число прыщиков у него на лице, их расположение и размер, наблюдала, как они с каждым днем подсыхали и кожа становилась гладкой. Я разглядывала его широкие плечи, большие руки и длинные пальцы, следила за каждым движением его губ, выделяла его голос из потока их голосов. Мерзкие мысли кружились у меня в голове.

Я сказала Дикому Имбирю, что больше не желаю в этом участвовать.

— Если ты меня бросишь, я сочту это предательством, — раздосадованная, она даже пригрозила положить конец нашей дружбе.

Я просила, почти умоляла.

— Давай все обсудим. — Она с участием взяла меня за руки.

Я замотала головой:

— Ты должна избавить меня от этого, пока не случилось что-нибудь ужасное.

Подруга только рассмеялась:

— Тебе это просто наскучило.

— Давай сделаем перерыв, — сказала Дикий Имбирь в девять часов, с веселой улыбкой посмотрев на Вечнозеленого Кустарника.

Тем вечером с самого своего прихода парень вел себя как-то странно: сев за стол, он, словно боролся с собой, постоянно меняя позу.

— Мы уже достаточно прочли? — спросил он наконец.

Дикий Имбирь старалась не смотреть ему в глаза.

— Хочешь чаю?

Парень поднялся и пошел за ней на кухню. Она зажгла спичку и поставила чайник на плиту, которую Вечнозеленый Кустарник внимательно разглядывал, стоя рядом.

— Попробуй ты. — Она погасила газ и бросила ему спичечный коробок.

Парень зажег спичку. Дикий Имбирь открыла газ.

— Давай!

Он протянул руку.

Загоревшееся пламя вызвало у меня ассоциации с ожерельем из голубых камней.

Вечнозеленый Кустарник повернулся к девушке, держа в руке горящую спичку.

Она наклонилась и быстро задула огонь.

— Ты что, хочешь спалить мне волосы? Их разделяли всего несколько сантиметров. Словно сами собой, его руки потянулись к ней.

Он прижал ее к себе и застыл на месте, сам испугавшись того, что делает.

Она сопротивлялась, но не отходила от него.

Он склонился к ее губам.

Она, казалось, колебалась.

Он прижался губами к ее губам.

Мое сердце забилось сильнее.

Постепенно их поцелуи превращались в настоящую битву.

Пытаясь освободиться от одежды, он оттеснял девушку в угол кухни.

Одежда упала на пол, обнажив его торс, — сначала куртка, потом рубашка.

Дикий Имбирь, словно против своей воли, перестала сопротивляться и вырываться из его объятий.

Зажав ее в угол, он отрезал путь к отступлению.

Я тревожно дышала. В шкафу было слишком душно, пот тек с меня ручьями. Я затаила дыхание и старалась не моргать.

Его рука потянулась к молнии брюк, и они упали, будто банановая кожура, обнажив его темные, упругие, как круп жеребца, ягодицы.

— Перестань, — закричала Дикий Имбирь.

Ничего не ответив, он опустился на колени и прижал девушку к полу.

— Не надо!

Он приподнял ее, положил ей под спину свою куртку и начал ласкать.

Я вся была в напряжении.

Дикий Имбирь кричала, но я не могла понять, от боли или от наслаждения.

Вечнозеленый Кустарник расстегнул на ней рубашку и добрался до ее груди.

— Нет! — закричала Дикий Имбирь, словно пробудившись от страшного сна.

Он вновь заточил ее в свои объятия.